Госпожа и её Владелец

Они удерживали их пока хватало сил, где-то четыре секунды, Стефанида же молча обводила пассажиров тяжёлым пристальным взором, желваки её при этом ходили вверх-вниз, придавая лицу зловещее выражение, так что у всех кровь стыла в жилах, особенно если её открытый взгляд совпадал с турбулентностью, но ресницы опускались, Стефанида Потомственная снова застывала в своей отрешённо-безмятежной позе, словно никогда не поднимала веки и никогда не видела наш грешный мир. А между тем этот мир уже давно скрылся под густым слоем потемневших облаков, и самолёт, блестящий зеркальный бизнес-джет, в котором эти облака отражались со всех сторон, так что он сливался с небом, и видно было только ЖЗЛ и корону, казалось, завис в воздухе, подобно орлу, высматривающему жертву.

Стюардесса поспешила внести в салон охлаждённое шампанское, фрукты-ягоды, прочую снедь, после чего вперёд выдвинулась статная лайф-коуч в эффектном брючном костюме.

– Дорогие дамы, – произнесла она, сама не понимая, насколько точно выражалась: дамы действительно были очень дорогими, кроме разве что Зинаиды Михайловны, в прошлом повара из армейской столовой, – дорогие девушки! Сейчас, когда мы с вами находимся на высоте 14 000 метров, у нас появилась уникальная возможность для одного маленького упражнения…

Зарина взглянула в иллюминатор: привычный, в общем-то, пейзаж.

– …Маленького упражнения, но с большим, дорогие дамы, смыслом, с него начнётся наше увлекательное путешествие по глубинам нашей прекрасной женской сути. Итак, почувствуйте себя властелинами мира – и ваша уверенность в себе, согласно последним исследованиям британских учёных, повысится на двадцать процентов…

«Куда уж больше», – подумала Госпожа, метнув взгляд на Рындину, та уже приосанилась.

Всем раздали короны, но Зарина отказалась и от короны, и от тиары, и даже от маленькой диадемы, сославшись на укладку. Теперь, когда на борту восседала близкая подруга Пассии, ей не хотелось выглядеть заинтересованной в такого рода упражнениях, в то же время Рындина, примерив корону, нашла, что та органично сочетается с её вечерним платьем, и принялась вживаться в образ. Однако не прошло и десяти минут, как она в сердцах кинула свой венец на пол и, едва ли не плача, заявила, что не чувствует себя никаким властелином, так как мир один, а властелинов уже трое. «К тому же, – добавила она, – властелин – это мужской род, а властелинша звучит как генеральша, то есть жена властелина, а это уже вторая роль вместо первой».