Тот, кто придет за тобой

Кто-то добавлял, что он пока еще не женат, но вроде как собирается, по крайней мере с красивой женщиной его видели в дорогих ресторанах столицы.

А кто-то уж совсем всезнайка выкладывал в Интернет новости о том, что господина Гаврилова в самом скором времени ждет крупное назначение – возможно, даже губернаторское кресло.

В прихожей на вешалке сиротливо висел дорогой пиджак. На полке перед зеркалом валялись ключи от машины.

Обычно Гаврилова из Москвы сюда, в подмосковный город, привозила опять же служебная машина.

В этот тихий предрассветный час господин Гаврилов занимался странным делом – мыл посуду на кухне. Точнее, всего один стакан, забытый рабочими, отмечавшими окончание ремонта в квартире. На столе стояла початая бутылка коньяка.

Господин Гаврилов выпил две порции – одну в два часа ночи, неотрывно глядя на тусклый, покрытый космической плесенью месяц… этот проклятый месяц, всегда бывший единственным свидетелем происходящего.

А вторую порцию он осушил только что и теперь, закупорив бутылку, аккуратно мыл посуду после себя.

Ему не хотелось, чтобы потом подумали…

Что он был пьян, когда…

Что он сделал это пьяный, не ведая, что творит…

Неожиданно он оглянулся на широкое окно кухни. Ему послышался шорох – там, в темноте за окном, кто-то словно карабкался по отвесной кирпичной стене пятнадцатиэтажного дома.

Забыв про стакан, Гаврилов распахнул окно кухни.

Ночная тьма хлынула внутрь, борясь с электрическим светом. Почти осязаемая, густая, как черный вонючий ил…

Ему всегда казалось, что там, внизу, на дне… в том месте, о котором он запретил себе думать, но все равно помнил, полно этого самого черного вонючего ила…

Вода, что он забыл закрыть, журча, стекала из крана в мойку.

Он не обратил на нее никакого внимания.

Пусть течет.

Гаврилов прошел в комнату. Потом вернулся, словно вспомнив, – забрал на кухне табурет, опять же оставшийся после рабочих.

Поставил в самый центр пустой комнаты. Прямо над табуретом из потолка торчал крепкий крюк, годный для крепежа тяжелой хрустальной люстры. Но никакой люстры Гаврилов покупать не собирался.

Вообще все это кануло уже в прошлое – все эти покупки, которые еще несколько месяцев назад он считал столь важными и выгодными: дом на Рублевском шоссе, дорогая машина, бриллиантовые серьги для Перчика… iPhon последней модели.