Надоело быть хорошей

Соня плеснула воды на лицо, прополоскала рот, выдавила пасты на палец, почистила зубы, избавляясь от противного вкуса во рту. Кое-как руками смыла пот с кожи, чувствуя, что удалось немного освежиться. Да и после того, как освободился желудок, стало намного легче, головная боль тоже унялась, в мозгах прояснилось.

Соня тоскливо посмотрела в сторону ванной. А может, да ну его… залезть… помыться нормально. Она уже представила, как струя воды будет бить в затылок, а дым, алкоголь и липкий пот смоются в небытие.

Очень заманчиво. В принципе у неё ещё оставалось минут семь-восемь, пока стиралка докручивала бельё.

«Беги! – скандировал внутренний голос. – Беги, глупая!»

Только на этот призыв Соня среагировать не успела. В квартире хлопнула дверь.

Кое-кто вернулся.

Пока взгляд Сони метался по пространству ванной, выискивая, где бы спрятаться, и не находил подходящих мест, за дверью раздались шаги.

Крис заглянул в ванную, как только понял, что девчонка ещё в квартире – её вещи валялись на полу: брюки, сумочка и туфли.

И наткнулся на растерянный взгляд протрезвевшей Софи, в одних трусиках и лифчике стоявшей у душа.

Святые угодники – вот это тело!

Член тут же вскочил по стойке смирно, готовый к бою. Пришлось опустить руку, чтобы поправить джинсы, натянувшиеся в паху.

Девчонка перевела взгляд, откровенно и слегка шокировано наблюдая за его движением.

Крис даже ничего не сказал, лишь приподнял бровь и, словно танк, попёр на неё, заставляя зайти в угол, прямо в открытую дверцу душа.

– Ты чего, Софи? Смотришь, как испуганный кролик на удава? – подначил он, проводя пальцами по прохладной щеке.

Девчонка дёрнулась и вжалась в кафельную стену.

– Я вот рад, что ты ещё здесь. Можем начать с того, на чём вчера остановились.

– Я, пожалуй, пойду, – наконец, у неё прорезался голос.

И она отмерла, пытаясь протиснуться мимо к выходу, но Крис перехватил её предплечье, сжал пальцами и вернул малышку обратно к стене.

– Ты это куда собралась? – поцокал он языком и прищурился.

Сегодня, смотря на него, можно сказать, трезвым взглядом, Софи отметила и жёсткую складку в уголке губ, сигнализирующую о решительности парня, и циничные нотки в высокомерном голосе и холодность, застывшую в глубине карих глаз, казавшихся ей вчера горячим тягучим шоколадом.

– Домой, – решительно заявила она, опять пытаясь пройти, но её нагло вернули на место.

– Кто-то вчера кончил, а кое-кто нет, – напомнил он, – несправедливо.