Я не продаюсь

Интересно, много ли таких людей, как я, которые замечают, что он может тянуть один бокал виски или пива целый вечер?

Честно говоря, достаточно часто он в принципе к алкоголю не прикасается. Отсюда вопрос – зачем ему это всё? Вот эта бесконечная сансара удовольствий?

Выйдя на яркий свет, я жмурюсь. В полумраке паба было уютно и потерялось ощущение времени, а тут оказывается ещё день в самом разгаре, и до вечера далеко.

– Мы куда-то идём? – спрашиваю, когда Тим берёт меня за руку и ведёт прочь от здания.

– Едем, – поправляет он.

 – Проветримся? Ты же не против?

Конечно, я не против и очень даже «за» провести время наедине с Тимом. Рядом с нами всегда кто-то трётся. Такой уж парень мне достался.

Жду, пока он заведёт машину, но Тим вместо этого, ерошит волосы на макушке и улыбается так открыто и заразительно, что мне самой становится весело без причины.

Через секунду его руки на моей груди, плечах и в волосах, а губы ласкают шею и рот. Поцелуи такие интенсивные и совсем не невинные, успеваю только охать и ахать, потому что всего несколько движений языком и пальцами распаляют меня до состояния, взметнувшегося в небо пламени.

– Так-так, – посмеивается Тим, – совсем не собирался на тебя набрасываться. Надо немного успокоиться, но, чёрт, Тома, с тобой просто мозг на вылет, знаешь?

Нет, я не знаю. Даже не знаю, правду ли он говорит, но мне приятно.

И даже то, как Тим держит меня за руку, когда ведёт машину, тоже очень приятно.

Боги… я, кажется, влюбляюсь.

К слову о Богах…

Место, в которое привозит меня Тимур, вызывает бескрайнее удивление.

Во-первых, я просто не ожидаю, что он это сделает. Во-вторых, что он здесь забыл? В-третьих, этот парень разбивает все установки и мнения, которые у меня могут складываться в отношении него.

Мы поднимаемся по высоким ступеням и через массивные деревянные двери входим внутрь церкви. Она небольшая, но очень уютная, и ощущение простора, как в любом из готических строений, достигается за счёт высоких стрельчатых сводов и витражных ланцетовидных окон.

Мой взгляд перескакивает с элемента на элемент: контрфорс, нервюры, аркбутаны, розетки, контрлиерны и многое другое крутиться в моей голове. Всё, что запомнила из вводного курса истории искусств, всплывает в памяти то и дело.

– Ты чего такая напряжённая? – Тим оборачивается ко мне с улыбкой. – Боишься, что кара небесная настигнет, как только переступишь порог? Так мы его уже переступили. Молнией нас не поразило.