Я не продаюсь

Так что, конечно, когда голый сексуальный и вдобавок ко всему возбуждённый парень припечатывает меня к входной двери, я ощущаю, как трусики становятся влажными.

– Тут ещё и сигналка, – он указывает куда-то себе за плечо.

Перевожу взгляд на потолок и замечаю какие-то датчики. По мне так обычная противопожарная система, только парочка подмигивает странно.

– Сигналка?

– Ага, сирена взревела, если бы ты попыталась дверь вскрыть с любой стороны. Без кода – нереально ни войти, ни выйти.

Я прищуриваюсь и пытаюсь отстраниться, но вместо этого дёргаюсь и бьюсь головой о дверь.

– Чёрт… – мне конкретно больно.

– Тише… ты чего? – Тимур накрывает затылок ладонью и массирует, убирая лёгкое онемение. – Я ж тебя не съем.

А потом, будто опровергая свои же слова, впивается в мой рот. Его губы мягкие, но настойчивые, а язык по-хозяйски проникая в рот.

Знаете, очень сложно не потечь, когда голый парень целует вас так, будто планирует трахнуть в обозримом будущем. Конечно, я тут же теку.

Аха, и оседаю лужицей у его ног в буквальном смысле этого слова.

Пальцы против воли впиваются ему в плечи, ногти вдавливаются в кожу. Пахнет от Тимура просто обалденно, а вкус терпкий, свежий, мужской, и запах тела такой, что голову ведёт. Сто процентное попадание в совместимость – как написали бы в новомодном журнале.

– Ты точно на МИ-6 не работаешь? – пытаюсь прощупать я, когда поцелуй заканчивается.

А вдруг реально агент британской разведки? Хотя, как говорится, у богатых свои причуды.

Захотелось ему особую систему безопасности – пошёл и заказал, какие проблемы, только бабки успевай отстёгивать.

– Нет, не работаю. Просто не люблю по утрам в одиночку просыпаться, знаешь? Как-то даже обидно, что девушка пытается сбежать.

Наклоняясь, он захватывает мою нижнюю губу зубами, слегка прикусывает и отстраняется.

Этот хам точно знает, что я возбудилась, и дело даже в предавших меня сосках, натянувших ткань светлого топа, а в зрачках. Уверена, они сейчас размером с блюдца, такие же, как у Тимура, без всякого смущения разглядывающего моё лицо.

Наверное, самому интересно, кого он там вчера подцепил. В полумраке нам как-то не до разглядываний было.

Совершенно иррационально я злюсь. А когда злюсь, я кусаюсь:

– И много девушек от тебя пыталось сбежать?

– Ты первая, – нагло заявляет он.

– То есть обычно ты их сам силой до двери на выход тащишь? А они упираются?

– Именно.

Невольно вырывается нервный смешок.