Мой жестокий и любимый

У меня период равнодушного отношения к алкоголю. И это нормально. Особенно когда какое-то время заливал, как не в себя.

Тру лицо руками. Ну и неделька… нет, мне определённо надо расслабиться.

Парни обсуждают общих знакомых, и я осознаю, что выпал из тусовки. Мне настолько неинтересно, что слушаю вполуха.

А ещё ловлю себя на мысли, что девушка за соседним столиком привлекла моё внимание только потому, что цвет волос у неё такой же, как у дряни.

Всё. Абзац.

Приказываю себе не смотреть в том направлении, даже не сметь сравнивать.

Этот финт не пройдёт. Уже находил девку, похожую на стерву, попробовал заменить, в темноте же все кошки серы. Ан нет… не вышло. Не серы. Или не все… Или «кошка» мне такая попалась. Особенная.

В «Манго» дела усугубляются. Кажется, я единственный трезвый из всех присутствующих, а номера кордебалета внизу видятся мне более интересными, чем рожи приятелей.

Девки, просочившиеся в випку, уже определились с парами, моя каменная физиономия их определённо отпугивает.

Филя, вылакавший не один стакан дорогущего вискаря, что-то вещает с правого бока. Я не обращаю внимания на его трёп, пока в потоке уже довольно-таки невнятной речи не проскальзывает «Серпухов».

– Что? – резко поворачиваю голову.

– Надо в Серпухов сгонять, говорю.

Напрягаюсь и подозрительно прищуриваюсь.

– За фига тебе он сдался?

– Ну там Тоха, у него весело, – он берёт стакан со столика. – Да и ты разве не хочешь свою подружку навестить?

Приехали, на хрен… Сжимаю челюсть и просверливаю взглядом дыру в Филе.

– Нет, – отвечаю коротко и весомо.

Так, чтобы понял, что надо заткнуться. Но на приятеля это не действует. Его просто прорывает. Смешок за смешком.

– Арс, да она, видимо, тоже не будет рада тебя видеть. После нашей-то последней встречи. Мы с Тохой над ней подшутили, а ей как-то не понравилось. Не сговорчивая баба у тебя. Помчалась к Тохе на хату, как ошпаренная. Улепётывала, кстати, так же.

Филя ржёт и хрюкает, а я мрачнею, думая, что за ахинею он несёт.

– Повтори!

Внутри поднимается эпических размеров волна ярости.

Филя повторяет, прибавляя пикантных подробностей про упругую задницу стервы и зачётную грудь. Это действует на меня, как красная тряпка на быка.

– Ты чего? Чего ты сделал?!

Хватаю Филю за грудки, намереваясь вытрясти весь дух, если понадобится.