Дикарка и ненаследный князь

А еще через час маленький караван из запряженной в кибитку лошади и нескольких медаров, часть из которых несла на себе тюки и мешки со скарбом, а на трёх сидели люди, выдвинулась в пустыню, направляясь маршрутом, который был лишь в голове бородатого Зумрана.

7.

Они были в пути целый день. Наверное, никогда до этого Дхару не приходилось так долго находиться в седле, а уж верхом на таком необычном скакуне – и вообще никогда. Конечно, пару-тройку раз они делали коротенький привал – справить нужду, выпить немного воды – и снова продолжали путь.

Однообразные бесконечные барханы, по которым горячий ветер легкими струйками гонял коричневато-серый – в тон глазам юной кочевницы – песок. Все путешественники вынуждены были переодеться в просторные длинные одежды с широкими рукавами, как можно больше закрывавшие кожу от палящих солнечных лучей, головы мужчины обмотали полосами белой ткани, а Джайлунэ накинула широкое, белое же, покрывало поверх волос.

Правда, отец несколько раз отправлял девушку под защиту полога фургона, и она не возражала, потому что постоянно оставаться под немилосердным солнцем даже привычной к этому климату имранке было сложно.

Как ни странно, Дхар переносил жару довольно сносно, хотя где-то в глубине души, на самом ее донышке, в нем таилась мысль, что ему привычнее холод, нежели жара. Но он боялся пока углубляться в размышления, очень надеясь на то, что память сама подскажет ему то, что с ним было раньше.

Пару раз за день они прямо на медарах перекусывали какими-то сухими хлебцами, запивая их приготовленным девушкой еще на стоянке травяным отваром, который довольно неплохо утолял жажду.

Хлебцы эти не слишком притупляли голод, но никто не роптал, зная, что до ночи им надо добраться до следующего оазиса, который назывался Румхара. Там был с десяток домов, в которых постоянно обитали семьи, решившие осесть в этом месте. А еще была пара лавок, в которых можно было купить продукты и самые разнообразные предметы – одним словом, тысячу мелочей.

И, естественно, как всегда бывает в таких поселениях на пути караванных троп – небольшой караван-сарай, нечто вроде постоялого двора, где путешественники могли остановиться на ночлег, выложив хозяину нужное количество монет.

К такому караван-сараю и завернули на закате дня измученные жарким днем путешественники. Шустрые работники быстро устроили медаров на отдых, а лошадь поставили в специально устроенную для этого конюшню.