Тонкой нитью

Мой сосед развернулся и направился к себе, но прежде чем скрыться в квартире, добавил:

– Да, дождь не помешал бы. Под него хорошо спать.

Балконная дверь не сделала «фьюить», но он ушёл, оставляя меня одну.

Чертыхнувшись, я подошла и подняла с каменного пола свою посуду, отнесла на кухню, аккуратно вымыла, затем вернулась к себе в комнату, попутно стягивая вдруг отяжелевший свитер через голову.

Тёмно-зелёные стены, увешанные чёрно-белыми фотографиями олд-скульных джазовых исполнителей и саксофонистов, большая белая кровать, на которой можно легко разместиться вчетвером, и одинокий комод – вот и всё убранство моей спальни.

Обычно в ней я и писала, забравшись с ногами на высокий матрас, поставив лэптоп на колени.

Проделав привычные манипуляции перед сном, я решила ещё немного подёргать своих героев.

Вслух перечитав главу, на которой остановилась, я поменяла несколько заставивших меня поморщиться фраз, в паре мест выделила текст жёлтым, пообещав себе завтра вернуться к этим отрывкам.

Мне что-то не нравилось, но я не могла понять что.

Последние сроки, когда я должна была отнести текст Альфреду в редакцию, уже прошли, но тот, зная меня, терпеливо ждал. Я ненавидела подводить людей. Я ненавидела зависать подолгу над книгой, но именно в этот раз слова мучительно не хотели складываться в красивые предложения. А я ненавидела некрасивые предложения.

Написав за час не больше полстраницы, я перечитала добавившиеся абзацы и решительно стёрла их.

Завтра… завтра с утра ко мне вернётся и желание, и мастерство, а сейчас я устала и раздражена пустым днём и меланхолией большого города.

Решительно закрыв крышку лэптопа, я выключила свет и откинулась на подушки.

Стоило глазам закрыться, как сон одолел меня.

«Бывало, мне снилась оригинальная сюжетная линия, нечасто, конечно, но случалось, может, и на этот раз повезёт», – проскользнула в голове последняя перед погружением в темноту, мысль.

А следующее, что я осознала – я сижу на кровати.

Соскользнув на пол, посмотрела на электронные часы на комоде, показывающие чуть больше четырёх часов утра. Не понимая, что меня разбудило и заставило подняться, я потянулась в сторону постели, намереваясь вернуться в неё и в устраивающий меня сон без сновидений, когда это снова случилось.

Громкий вскрик, удар, затем ещё один, тишина, и голос, тот, что доносился до меня из-за стены теперь каждую ночь.

Остатки сна улетели безвозвратно.