Две недели чистого счастья

– Н-ну… У меня хорошее воображение!

– Ладно, иди в душ, и буду кормить тебя!

– О-о-о-о! Меня еще и покормят?! – дурашливо сложился он в поклоне.

За что тут же получил легкий шлепок по плечу:

– Будешь ерничать – передумаю!

– Жестокая женщина!!! – возопил он на манер героя древнегреческих трагедий и вознес руки к потолку.

Айсулу рассмеялась:

– Иди уже, герой! Пока вместо живого здорового мужчины на моих руках не оказался хладный труп! Куда я тело прятать буду?!

Он звонко расхохотался:

– Да ты предусмотрительная!

– А то! – и она легонько подтолкнула парня из гостиной.

Пока он принимал душ, на столе, как по мановению волшебной палочки, появились традиционные корейские закуски, кимчи, соусы и приправы, которые Айсулу обнаружила в шкафах и холодильнике, большая глубокая миска с подогретым рисом и тушеная курица. Девушка надеялась, что ее стряпня придется по вкусу Чи Мину.

Наконец он появился на кухне и, принюхавшись, с удовольствием потер руки:

– О-о-о! Пахнет вкусно!

– Садись за стол, – сказала она, кладя на тканевую салфетку перед мужчиной приборы и тарелки.

– А ты? – спросил Чи Мин, накладывая себе в глубокую круглую мисочку рис из общего блюда. – Кушала?

– Да, днем, – ответила девушка, садясь напротив.

– А вечером? – руки его застыли над тарелкой.

– Нет. Я решила подождать тебя.

– А если бы я задержался дольше?

– Ну, что ты переживаешь? Тогда бы я, конечно, поела, – успокоила она, но лицо парня оставалось очень серьезным.

 – Ну, что? Кушай! Ты же голоден!

– И ты тоже. На будущее – не оставайся голодной, если я задержусь. (Девушка кивнула.) Кушай хорошо! – и немного расслабился и принялся уплетать за обе щеки, время от времени издавая счастливые стоны.

Айсулу с улыбкой наблюдала за ним, и ей очень нравилось это – смотреть, как ее любимый мужчина с аппетитом съедает то, что приготовлено ее собственными руками. Она вдруг только сейчас обратила внимание на то, что на его запястье до сих пор находится браслет из красных шелковых нитей, собственноручно повязанный ею в последнюю ночь перед отъездом музыканта с Алтая.

И это так поразило девушку, что, видимо, отразилось на ее лице эмоциями, потому что Чи Мин заметил что-то и, остановившись с набитым ртом, вскинул вверх подбородок в вопрошающем жесте. Но девушка молча покачала головой и тоже принялась есть. Еда, и правда, получилась вкусной.