Красной нитью

– Что это тебе видно?!

– Что ты такой же высокомерный каменный болван, как и те статуи воинов Терракотовой армии

, что стоят в китайском императорском Мавзолее, – с неожиданной жесткостью выпалила девица и, услышав, как тетя Ми Сун зовет ее: «Мин А, дочка! Пойди, позови брата и Ён Со!», круто развернулась и пошла в столовую.

– Чертова ведьма! – буркнул ей вслед Ши Вон, и девица на мгновение притормозила и, обернувшись, бросила: «Deficiente!» (итал. – Придурок), а потом, не задерживаясь, шагнула в комнату.

«Поганка мелкая!» – выругался про себя парень, хотя мелкой она уж точно не была – высокая, почти модельного роста, стройная и длинноногая. Он не понял последнее слово, которое она швырнула ему, но явно же не приятный комплимент сделала, скорее, наоборот – обматерила.

Ши Вон постоял еще какое-то время на балконе, а потом все-таки вернулся в помещение. И, кажется, как раз вовремя: гости дорогие собирались домой.

Дружной гурьбой все прошествовали в прихожую, там еще некоторое время обменивались фразами о том, как все счастливы, что они породнятся.

Ши Вон не принимал участия в общем разговоре: прислонившись плечом к косяку арки, отделяющей прихожую от остальной части дома, сложил руки на груди и скептически наблюдал за этими хороводными играми.

Надо отдать им должное – дети Нам Джуна очень тепло и уважительно попрощались с его родителями: Кён Мин низко поклонился будущим тестю и тёще, а Мин А – вот же хитрая паршивка! – обняла Мэ Ри и Ён Со и поцеловала каждую в щеку.

– А меня? – с улыбкой развел руки Чон Гук, и парень закатил глаза, но девчонка не смутилась, а лишь рассмеялась звонко – словно серебряные колокольчики рассыпались трелью – и все-таки чмокнула и будущего родственника.

– А вот меня – не стоит! – не удержался он от язвительной фразы.

Улыбку тут же словно стерло с лица чертовки, и, одарив его холодным взглядом, она столь же холодно ответила:

– И не собиралась!

– Сын! – осуждающе воскликнула Мэ Ри. – Что это с тобой?!

– У вашего сына, видимо, несварение, тетя Мэ Ри, – сладко улыбнувшись, пропела девчонка.

Он сжал кулаки, но под предупреждающим взглядом матери, ничего не ответил. Лишь про себя, как мантру, повторял: «Вот же поганка! Ведьма! Чертова ведьма!»

Наконец семья Ким распрощалась и ушла. А семейство Со вернулось в столовую.

– Вот объясни ты мне, урабони! Чем тебе Мин А-то не угодила? – возмущенно набросилась на брата Ён Со.

– Да, правда, сынок! – присоединилась к ней мама.