Красной нитью

Ши Вон понимал, почему сегодня парни наперебой приглашали сестру Кён Мина – наверняка, мечтали полапать эту гладкую спинку! А она и довольна! Ишь, улыбается, лисичка! Ямочки свои всем демонстрирует, светит ими во все стороны! Ух, чертовка!

Блин, хватит уже ушами хлопать! Надо, наконец, собраться и тоже пригласить девчонку, тоже пообжиматься с ней…

И Ши Вон уже направился было к танцующим, но откуда-то сбоку донесся высокий жеманный голосок:

– Оппа! Почему ты меня не приглашаешь танцевать сегодня?!

Он выдохнул воздух сквозь полуоткрытые губы и повернул голову: рядом уже стояла эта пигалица – сестра Сон Мина, Чхве Чон Ха, его самопровозглашенная «невеста»!

«Ч-черт!» – протянул про себя парень.

Он весь вечер успешно уклонялся от встреч с этой девочкой, и вот – расслабился, и она уже тут как тут! А девчонка уже сцапала его руку повыше локтя своими пальчиками – впилась, как пиявка, и заныла: капризный ребенок, да и только!

– Оппа! Ну, потанцуй со мной!!!

– Чон Ха! Ты же видишь – я не танцую! Иди, развлекайся со сверстниками! – сказал он, скрывая раздражение.

– Я не хочу ни с кем, кроме тебя! – девушка надула пухлые губки.

– Нет, Чон Ха! Я не танцую! – он решил не давать ей спуску, а то потом сядет на шею и ножки свесит. – Иди, пригласи Сон Мина, если так хочется потанцевать! – и он аккуратно разжал тонкие пальчики, один за другим.

– Ну, почему ты такой вредный?! – притопнула ножкой Чон Ха и аж кулачки сжала.

Но он и бровью не повел:

– Малышка, не мешай мне наслаждаться праздником! В конце концов, это свадьба моей сестры!

– Посмотрим, как ты заговоришь, когда будет наша свадьба!

Парень аж расхохотался:

– Девочка, ты много себе нафантазировала! Я, конечно, когда-нибудь женюсь, но вряд ли – на тебе! И я уже много раз говорил тебе это! Не витай в своих фантазиях и не мечтай о несбыточном! Лучше найди себе хорошего парня!

– Я тебя хочу! – выпалила она сердито.

– Увы! – ответил он и пошел к своему столику, по пути перехватив друга и шепнув ему: «Твоя мелкая опять меня подловила!»

Сон Мин цокнул языком и так же шепотом ответил: «Прости, брат! Она юркая, как уж!»

«Ага», – одними губами прошептал парень и подошел к их с родителями столу.

Правда, они давным-давно уже сдвинули несколько столов и сидели теперь все вместе – все музыканты и их жены, и разговаривали о чем-то наперебой, все очень веселые и довольные.