Меценат

Вы все равно не сможете сейчас ехать на нем!

– И что же мне делать? – в ее глазах мелькнула растерянность, а губы задрожали.

– Я отвезу вас в Гурьево на коне, а ваш… – он на мгновение запнулся, но почти сразу же продолжил, – …велосипед мы спрячем в кусты, а затем я вернусь и доставлю его вам, куда скажете.

– Ах, нет, не стоит, сударь! Я и так отняла ваше время! Я просто попрошу кого-нибудь из гурьевских, они на телеге привезут велосипед ко мне…

– Вы уверены, сударыня? – с сомнением посмотрел на нее Акатьев.

– Да, конечно! А чтобы легче было найти его в кустах, привяжем на ветку мою вуаль, – она решительно дернула полупрозрачную ткань, и та с лёгкостью отделилась от шляпки, которая после всех перипетий ее владелицы сидела на голове довольно криво, но девушка, кажется, не обращала на это никакого внимания. – Прячьте велосипед, сударь, а потом я привяжу вуаль…

– Я сам привяжу, – сказал мужчина, беря в обе руки довольно тяжелую конструкцию из руля, рамы, седла и двух колес с тонкими блестящими спицами, одно из которых – переднее – было значительно большего диаметра, нежели заднее.

И, едва сдерживаясь, чтобы не закряхтеть от веса велосипеда, потащил его в ближайшие от дороги кусты. Выбравшись оттуда, он протянул руку. – Давайте вашу вуаль, сударыня! Вам следует поберечь руки!

Девушка, не переча, подала ему клочок невесомой ткани, и Акатьев закрепил вуаль на ветке так, что ее хорошо было видно с дороги.

– Ну, вот! А теперь едем к доктору, сударыня!

Они подошли к всё это время спокойно стоящему на месте Буйному, и умное животное потянулось мордой к незнакомке.

Девушка застыла на месте, широко распахнув изумрудные глаза, и Демид, усмехнувшись про себя, достал из кармана сюртука пару оставшихся там сухарей:

– Угостите его, мадемуазель! Это Буйный!

– Он, и впрямь, такой?! – пролепетала девушка, не двигаясь с места.

– Нет, он взрослый воспитанный конь и никогда не позволит себе недостойно вести себя с дамой! Держите же! Этот жеребец любит полакомиться сухарями!

Девушка осторожно взяла тонкими пальчиками сразу оба сухарика и с опаской протянула его животному.

Тот тихо фыркнул и деликатно, одними губами, взял угощение с ладони незнакомки, вызвав у нее негромкий вскрик.

– Не пугайтесь! Он не обидит вас!

Конь довольно захрустел лакомством, а Акатьев без лишних слов обхватил тонкую талию девушки обеими ладонями и в одно движение посадил ее боком на коня перед седлом.