Шоколад с надеждой

– Папа, мы возьмем няню, – сказала дочь.

Джун спросил:

– Как малыши?

– Уснули. Такие забавные! Стоило их только положить в кроватки, как они тут же засопели носиками. Как будто поняли, что это – их места!

– Ох, Намджуни, – сказала тёща. – У вас такие красивые детки!

– Мама, это потому что они – наши? – засмеялась Ми Сун.

– И поэтому тоже! Но они, и правда, очень красивые! – ответила бабушка.

Они вчетвером уселись за стол, и музыкант достал из бара бутылку с коньяком и три бокала.

Плеснул немного в каждый, а потом принёс высокий стеклянный бокал с апельсиновым соком – для Ми Сун. Госпожа Кан тут же забеспокоилась:

– Апельсиновый? А у малышей реакции никакой не будет? Аллергия не появится?

– Ох, и правда! – спохватился рэпер, выхватывая бокал из рук молодой женщины. – Прости, чаги! Давай, поменяю! – и принёс ей уже яблочный. Она только улыбнулась в ответ на эту заботу.

Все четверо подняли бокалы.

– Выпьем за здоровье наших малышей и их родителей! – торжественно произнес адмирал и первым выпил.

Все последовали его примеру. А потом Нам Джун наполнил бокалы еще раз и предложил:

– А теперь давайте выпьем за бабушек и дедушек наших детей!

Они неспешно ели, потом Ми Сун накрыла стол для чая.

Вскоре родители засобирались домой, и молодёжь пошла провожать их.

Ми Сун уже начала убирать со стола, когда из прибора послышалось сначала недовольное кряхтение, а потом звонкий детский плач на два голоса.

Молодые родители опрометью кинулись в детскую.

Малыши проснулись и настоятельно требовали к себе внимания.

Нам Джун растерянно переводил взгляд с одного на другого младенца:

– Чаги, чего они хотят?

– Я думаю, проголодались. И, наверное, уже мокрые! Сейчас проверим!

Она ловко поменяла подгузник сначала одному, потом другому ребенку на пеленальном столике и аккуратно вложила дочку в руки отца. Тот округлил глаза и, кажется, даже перестал дышать:

– Милая! Я боюсь – как бы не уронить крошку!

– Садись в кресло и ничего не бойся! – успокоила она.

 – Просто подержи ее, пока я буду кормить Кён Мина. Ты справишься, Нам Джун!

Мужчина послушно опустился в кресло и, держа дочку, разглядывал ее личико. Девочка, словно почувствовав, что она на руках у родного человека, перестала плакать и уставилась на отца, лишь изредка помаргивая темными ресничками.