Я отведу тебя в место силы…

Играет на топшууре.

– Как ваш дед?

– Ну да. Только она исполняет не кай, а просто инструментальные пьесы, написанные нашими композиторами. А еще она очень хорошо рисует. Ты, наверное, слышал, как Эркелей говорила бабушке, что она взяла с собой краски, когда поехала к отцу на пастбище.

– Поехала? На чём?

– На лошади, – спокойно ответил юноша.

– Ого! Так, получается, вы все умеете ездить верхом?

– Конечно! Мы с раннего детства на лошадях.

– Класс! – восхитился кореец.

Друзья еще немного посидели и начали спускаться в долину.

Вечер уже вступил в свои права, солнце стояло низко, окрашивая небосвод нежным румянцем. И когда парни вошли в село, начало темнеть. Они вернулись во двор уже по темноте. На крыльце горела лампочка, освещая двор. Мать семейства засуетилась, собирая на стол, и все сели ужинать. После ужина девочка пошла мыть посуду, Шуну забрался в аил с телефоном и углубился в просторы интернета.

А Аржан позвал друга за ворота:

– Иди сюда! Хочу что-то тебе показать.

Он отвел музыканта в сторону, туда, где было совсем темно, и куда свет одинокой лампочки на крыльце уже не достигал, и поднял голову вверх:

– Смотри! В городе ты никогда такого не увидишь!

Чи Мин послушно запрокинул голову и замер, перестав даже дышать.

Огромный купол, усеянный миллиардами звезд, галактик, квазаров, облаков пыли, простирался над ними. Это было потрясающее зрелище! Но потрясение стало в сто раз сильнее, когда Чи Мин попытался представить, что скрывается за маленькой светящейся точкой в небе.

Ночь, между тем, уже воцарилась на этой древней земле. Странное время, наполненное то шорохами листвы, то воем ветра в ветвях или, наоборот, дикой, звенящей тишиной. Время, когда мир теряет краски, острые углы сглаживаются, все детали исчезают, и остается лишь самое важное.

– Знаешь, мне иногда дико жаль людей, которые не выезжают из своих бетонных коробок и не видят звезды, – тихо произнес юноша. – А ведь где-то там прячутся еще галактики. Сложно представить, что над нашей головой висит огромное пространство, размеры которого просто невообразимы. И все наши проблемы, да и вся жизнь вкупе, кажутся не просто ничтожными, а микроскопическими…

– Да, – так же тихо согласился Чи Мин. И порывисто произнес.