Я отведу тебя в место силы…

Только Чи Мин обеспокоенно спросил:

– А что будет, когда в компании узнают об этом? И какова будет реакция фанатов?

А Юн Ги отрезал:

– Я взрослый мужчина и возьму ответственность на себя. Но я не позволю никому обидеть свою женщину и ребенка.

– Да это-то как раз понятно, – протянул Хо Сок. – Но тебе нужно в первую очередь поговорить с Хван-хённимом, бро!

– Обязательно поговорю! И прямо сегодня! – заверил друга тот.

Когда на работе мужчины встретились со своим менеджером, то принялись тут же обнимать ее и поздравлять.

Анна зарумянилась, откровенно засмущалась, пока Юн Ги не оттеснил их в сторону и не обнял любимую, закрывая ее от всех. Друзья засмеялись и зааплодировали. Они в тот момент были в «своей» комнате отдыха, так что никто из посторонних не мог их увидеть.

Юн в тот же день пошел прямиком к президенту компании. О чем они говорили – никому не известно. Но только Анна осталась на должности менеджера, а Юн Ги, не откладывая в долгий ящик, перевёз ее и сына в свой дом.

Все парни знали, что рэпер сделал женщине официальное предложение, принеся в один из следующих вечеров цветы и кольцо с бриллиантом.

Анна кольцо приняла, но сказала, что с женитьбой торопиться пока не следует. Юн Ги распсиховался, пытаясь выяснить – почему. Но мудрая женщина как-то уладила эту проблему, и рэперу ничего не оставалось, как нехотя согласиться с ее доводами. Потому что главное, чего он хотел – это чтобы Анна и малыш Юн Сок были с ним.

Чи Мин хорошо помнил первую встречу с этим чудесным мальчонкой, который оказался похож одновременно и на Юн Ги, и на Анну.

У него были материны светло-бирюзовые глаза с отцовским азиатским разрезом и губы той же самой формы, что у старшего Юна. Темные бровки и реснички довершали образ, превращая малыша в настоящего красавчика.

К огромному удивлению мемберов, малыш воспринял их как давних знакомых. Да, так, по сути, и было. Ведь мать, живя в России, чуть ли не с самого рождения включала сыну песни и видео группы.

Особенно же выделял Юн Сок среди всех «дядей» именно Чи Мина, и тот прямо-таки раздувался от гордости, когда малыш шел к нему со своими игрушками.

Любящий папаша как-то купил отпрыску большой яркий пластиковый трактор, колеса которого бойко крутились, а в кабине виднелась крошечная фигурка фермера.

Не удивительно, что трактор стал любимой игрушкой Юна – ведь его подарил папа. Но играть в него малыш предпочитал все-таки с «дядей Чимини», причем, не всегда безболезненно для последнего.