Бабочка на ладони

– Чего тебе понятно? – подозрительно спросил «спецагент» Иван Макаров.

– Все, – благожелательно кивнула Марта.

– Что именно?

– Ты спецагент. И ты выполняешь спецзадание, да?

«Сейчас станет втюхивать, что ловит инопланетян. Типа, у нас в Грязищах космодром, где тарелки приземляются… Или что в моей халупе теперь будет явка, и скоро сюда явятся Юстас с Алексом…»

– Да.

– Ну вот, видишь, я сразу догадалась…

– Издеваешься! – укорил ее Иван Макаров. – Я правда спецагент. Расследую экономические преступления.

– Меня в чем-то подозревают? – Марта пошевелила пальцами связанных ног. Ее ботинки 41-го размера валялись возле кровати, разметав по обшарпанному полу шнурки. Выходит, Иван Макаров предусмотрительно снял с нее ботинки. В обуви на кровати – нехорошо! Точно-точно, ненормальные такие педанты, вечно зацикливаются на мелочах. Взять, например, Стасю…

– Тебя – нет.

– А кого? – опять сбилась с мысли Марта.

– Одного человека из Росагронадзора.

– Сан Саныча?! Из-за медведя?.

– Какого медведя? Нет, не Сан Саныча!..

– А кого?

– С кем ты в кафе сидела.

– Горского?!

– Угадала. Молодец. С третьего раза… – Иван вернулся к столу, залпом выпил чай. Потом подошел к Марте со второй чашкой: – Будешь?

– Буду. Руки развяжи.

– Не дождешься… – Иван помог ей приподняться, поднес кружку к губам, потом помог лечь, снова водрузив на голову пакетик с диетическим супом. «Он псих, да. Но не буйный и не агрессивный. Относительно безобидный – как Стася!» – сделала Марта очередной вывод.

– Спасибо.

– Голова не болит?

– Нет. А как ты ко мне в машину залез?

– Секрет фирмы.

– Ну расскажи! – с любопытством взмолилась Марта. Она окончательно убедилась, что Иван Макаров не опасен. Такой дурачок, вроде Стаси…

– Все плохо, Марта, – неожиданно печальным голосом произнес тот. – Для меня, во всяком случае…

– Почему?

– Боюсь, в моей конторе будут думать, что я крот.

– Крот? Ой, только не надо про грызунов – у нас дом старый, и…

– Крот – это предатель.

– А-а… А почему в твоей конторе про тебя будут так думать?

– Потому что Леху и Попова убили. А у меня – ни царапины.

«Телевизор пересмотрел. Бедный, бедный… – Кажется, Марта уже жалела его. Нет, не жалела, а – понимала… – Кто угодно от нынешнего телевидения спятит. Взять, например, Стасю, жертву рекламы…»

– Ты хотел бы, чтобы тебя тоже убили?

– Я хотел бы, чтобы никого не убивали.