Мода на невинность

 – Ты не веришь?

Она отцепила меня от своего локтя и повертелась в разные стороны, красуясь, – легкая и тоненькая, одетая в темный брючный костюмчик – пожалуй, в таком не стыдно и по Москве пройтись, по главной улице. Я все напрягала память, но никак не могла вспомнить, какая же нехорошая история связана с этой Инессой – давно, очень давно, я слышала об этом в свой первый приезд сюда, когда была еще ребенком…

– Почему же? Верю, – пожала я плечами.

– Что еще тебе рассказать?

– Ну… расскажи о самом Тишинске, ты, наверное, о нем больше других знаешь.

– Знаю… кстати, как-нибудь сходим вместе в краеведческий музей, там очень мило, – произнесла она с нежностью. – Расскажу… только с условием, что потом ты поведаешь мне все о себе.

– Все? – ужаснулась я. – Все я не могу…

– Господи, какая ты забавная… я шучу!

Мы доплелись до того самого поворота, дальше которого я идти не собиралась, и остановились под старой липой. Дальше, в стороне, открывалась другая улица, точно такая же, как наша, – частные домики, огороженные заборами, тишина и ни одной машины.

– Боже, что за жизнь! – вздохнула я. – Тебе не скучно здесь, ты не хотела бы поехать в Москву? Для меня-то это как лечение выписали…

– Какое высокомерие, однако… – Инесса пожала плечами. – Впрочем, я не обижаюсь. Я вообще никогда и ни на кого не обижаюсь… Мне нравится Москва, я там пять лет училась, но мне хорошо только в Тишинске. Раньше, до Петра, здесь было небольшое поселение, потом построили свечной заводик… после Екатерины – она была здесь проездом – жизнь забила ключом.

У нее были какие-то особые планы на наш город, правда, они так и не осуществились, но тем не менее… В окрестностях жили несколько известных дворянских фамилий, у них сходились здесь поместья… ах, какое замечательное кладбище за старым парком, имена все известные и громкие, даже один декабрист там похоронен, после ссылки он поселился именно здесь. Ты права, – вздохнула она, – жизнь в Тишинске тихая и однообразная, но что-то мешает мне покинуть его.

– Родной город – ты его любишь и все такое… – сочувственно промямлила я. – Я понимаю. И хорошо, что здесь так тихо. Мне доктор прописал сменить обстановку, поэтому когда тетя Зина…

– Нет-нет, – не слушая, перебила меня Инесса. – Не только из-за того, что родной, я ведь еще ко всему прочему космополитка, ностальгией не страдаю.