Огненный Марс

Участковый педиатр! Всегда – то в поликлинике, то на вызовах, то бежит куда-то поздним вечером, к каким-то незнакомым машенькам и васенькам, вместо того чтобы сказать бестолковым родителям этих детей – вызовите «неотложку», нечего людей в нерабочее время дергать! Висит на телефоне, давая советы…

Господи, даже когда мать ушла на пенсию, покоя все равно не было. Звонили, приходили. Приходили эти уже давным-давно выросшие машеньки и васеньки с цветами и конфетами, и мать убивала целый вечер на болтовню с ними, вместо того чтобы посвятить это время единственному сыну.

Эти люди продолжали звонить даже тогда, когда матери не стало, каждый раз напоминая Жоре о том, чего он был лишен всю жизнь.

Ведь именно мать лишила его отца.

Человека, который являлся для Жоры главным. Подумаешь, загулял мужчина! Если женщина мудрая, то она простит. И сделает все, чтобы вернуть мужа в семью, не станет разлучать его с ребенком.

Жора когда-то, в первые годы своего брака, не собирался повторять родительских ошибок.

Да, он тоже неидеальный муж, но он свои похождения (кстати, довольно редкие, по пальцам одной руки пересчитать можно) держал в тайне. И семью бросать не собирался. Он всеми силами пытался объединить своих родных. Чтобы только он, Лена и Олеська. Чтобы никто не лез со стороны, чтобы в доме никаких посторонних лиц.

Ни подружек Ленкиных или Олеськиных, ни соседей, никого. Это Жоре удалось – когда уговорами, когда хитростью – избавил он дом от ненужных людей. Заставил Олесю сидеть дома в свободное от школы время, а не шляться по улицам.

Разогнал всех ее одноклассниц с помощью небольшого трюка. И Лену, супругу, отговорил не только от друзей, но и от работы.

Они ведь семья. Они должны быть вместе, любить друг друга!

Словом, до какого-то момента Жора думал, что можно еще что-то исправить, изменить. Но потом понял, что поздно. Да и вообще, если подумать, люди не меняются.

Лена с Олеськой остались все теми же дурочками. Может, правда, Олеся – не его дочь? Сначала Жора говорил это в шутку, чтобы напомнить жене о том, кто в доме главный, о ком надо помнить всегда, кто Отец – в самом высшем смысле этого слова, но чем дальше, тем сильнее сомневался в своем отцовстве.

Они, Олеся и Лена, должны любить его. А ведь не любят! Значит, они чужие… И мать чужой всегда являлась! Только отец чужим не был, но мать выгнала того из дома.

– Господи, какой же я несчастный… – пробормотал Жора, мучительно морщась.