Хозяйка чужого дома

Люди закутались в теплую одежду, посуровели лицами, улицы опустели, любители пива покинули бульвары и перекочевали во всевозможные бары и кафе – сидеть на пронизывающем ветру мало удовольствия.

Лара бежала по утренней ледяной Москве и шепотом кляла опоздавшую электричку, которая, ко всему прочему, еле тащилась, то и дело останавливаясь и пропуская идущие мимо составы. А на десять часов к ней снова записалась Сидорова, та самая противная капризная тетка.

Она опоздала на полчаса – влетела в салон румяная, с дрожащей улыбкой на лице, на душе муторно, тяжело.

Мадам Носкова бросила, проходя мимо с кислым видом:

– Опаздываете, Ларочка, вас давно ждут…

Клиентка сидела в кресле и пустым, ненавидящим взглядом таращилась в зеркало.

– Ну наконец-то! – взорвалась она, увидев входящую парикмахершу. – Сегодня вы от меня чаевых не дождетесь, милочка. Сколько ждать вас пришлось. Черт знает что такое, просто безобразие!

– Прошу прощения… – выдохнула Лара, стремясь унять дрожь и в руках. – Очень холодно, пальцы заледенели…

– Не из-за холода же вы опоздали, милочка? – поджала губы клиентка, откидываясь назад, и принялась высказывать свои пожелания: – Мне как обычно, только верх чуть пышнее.

И сделайте еще такие колечки игривые на висках, как у Кармен… Ой, только не прикасайтесь к шее своими ледяными руками!

А днем, как назло, клиентов почти не было – видимо, у людей не возникало желания наводить красоту в такую плохую погоду. Лара пила кофе в компании Геллы.

– Я очень поправилась, – ворчала Гелла тоскливо.

 – Два лишних килограмма за неделю! Это все из-за погоды. Проклятая весна… Депрессия… Сижу дома и ем конфеты. Шоколад успокаивает нервы.

– Проклятая весна, – повторила Лара эхом. – Мне тоже как-то не по себе.

– Я же говорю – весна, межсезонье!

– Я все думаю об одном человеке…

– Влюбилась, да? – всплеснула руками эмоциональная толстушка Гелла. – Ведь влюбилась!

– Что ты такое говоришь… – утомленно отмахнулась Лара. – Я не могу влюбиться. Я другому отдана и буду век ему верна.

Но этот человек сидит у меня в мозгах, словно заноза. Понимаешь, он в меня влюбился… – Она понизила голос до шепота, словно где-то рядом бродил невидимой тенью Игорь.

– И немудрено! Ты – королева.

– Ох, Гелла… Мне кажется, я его очень обидела. Он теперь бог знает что обо мне думает!

– А ты?

– А я не хочу, чтобы он обо мне думал. Вообще!

– Кто он?

– Да какая разница…

Вкус у кофе был горьким, Лара морщилась, отхлебывая из чашки.