Роза прощальных ветров

 – А ты как?

– Неплохо. Но и не хорошо, – кисло ответила Света.

...Это был обычный семейный вечер.

Николай с удовольствием рассказывал о трудностях с поставщиками, Владислав Макарович, заядлый футбольный болельщик, жаловался на то, что наши опять продули, так и не дойдя до полуфинала, и что судья-бельгиец судил неправедно, Света жевала очередной бутерброд, глядя в книжку, Елена Климовна с азартом пересказывала фильм, недавно посмотренный в кинотеатре. Свекровь Розы не пропускала ни одного события, ни одной премьеры и была, как ее называла Света, «заядлой тусовщицей».

Роза кивала и слушала, не забывая ни на секунду, сколь низко пала. Она себя ненавидела. Ей было стыдно перед свекром со свекровью, перед Светой...

Тайком поглядывала на Николая – тот сидел во главе стола. Она невольно пыталась сравнить его с Неволиным, и сравнение выходило не в пользу последнего. Николай выглядел чрезвычайно импозантно, солидно, представительно. Всегда и во всем безупречен, похож на актера, который в голливудских фильмах всегда играет банкиров, адвокатов, сенаторов и шпионов.

Черные волосы, классическая мужская стрижка, потрясающие темно-зеленые глаза. Немного худощав – но это все из-за язвы желудка – заболевания людей, которым приходится часто нервничать...

Просто удивительно, до чего Света была не похожа на отца! Сколько Роза ее помнила, Света всегда была такой – меланхоличной, с кислым выражением лица. Она была рассудительна даже в детском возрасте и никогда ни из-за чего сильно не расстраивалась.

Впрочем, и не радовалась тоже.

– Роза, а ты чего молчишь? – с улыбкой обратилась к ней свекровь. – О чем задумалась?

– Так, ни о чем... – вздрогнула Роза. – Устала. Вчера в Камыши ездила. Убиралась после жильцов.

– Ох уж эти Камыши! – со странным выражением пробормотала Света. – Не представляю, мам, как ты могла там столько прожить...

Однажды, два года назад, Света из любопытства поехала с Розой в Камыши (Ахрамковы в то время уехали на месяц к сыну – тот болел).

Столичной Свете камышовская простота показалась чудовищной. От визгливого лая Кисы у нее разболелась голова, Серега Козырев, сильно пьяный, напугал ее своей железной улыбкой («как в старом фильме про Джеймса Бонда, мам, был там такой здоровый дядька по прозвищу Челюсти!»). А потом Света нос к носу столкнулась в палисаднике с Анжелой, Варькиной дочерью.