Солнечная богиня

– Послушай, мы же уже сто раз это обсуждали и решили…

– Мама, я передумал, – перебил Викентий. – Знаешь, я хочу помириться с Олей.

– Что? – Эмма Петровна сделала вид, будто ослышалась.

– Я хочу с ней помириться, – раздельно произнес сын. – Я готов ее простить.

– Господи, и это после всего, что она с тобой сделала… – ужаснулась Эмма Петровна.

– Да, она поступила ужасно, когда сбежала к этому типу, даже не предупредив никого. Но я понимаю, почему она это сделала.

– Почему? – обреченно спросила Эмма Петровна.

– Она очень переживала из-за ребенка. Я же это видел! И это был наш с ней ребенок, и до того она с этим типом не встречалась – да, мама, я в этом уверен, можешь не переубеждать меня снова… Именно потому, что ей было так плохо, она и сбежала. Что-то вроде временного помешательства с ней случилось… Она даже тете Агнии ничего не сказала!

– Ты уверен? – скептически поджала губы Эмма Петровна. – А мне кажется, они с теткой были в сговоре…

– Агния Васильевна не актриса, она не умеет так гениально притворяться! Она просто умирала от горя, не понимая, куда могла деться ее любимая племянница… Словом, я хочу помириться с Олей.

– Ты способен простить измену? – глядя сыну в глаза, спросила Эмма Петровна.

– Я не считаю ее поступок изменой, – сказал Викентий. – Я же говорю: тогда она не владела собой. Ей надо было сделать хоть что-то, и она совершила этот безрассудный побег. Но потом одумалась, к счастью…

– А я предполагаю…

– Мама, не надо! – снова перебил Викентий мать.

 – Я всю жизнь слушался тебя, но дай мне хоть раз сделать так, как я хочу! Возможно, я не прав, но это моя жизнь, понимаешь, моя!..

…Оля пришла с работы домой только в половине девятого и снова в нерешительности остановилась у телефона. Уже который вечер она хотела сделать это и боялась.

«Ладно, будь что будет…» – она набрала полузабытый номер.

– Алло! – лениво отозвался Игорь Старцев.

– Игорь, это я. Оля…

– Оля? Оля! – вдруг закричал он. – Лялик мой! Лялик, куда же ты пропала!

Трубка у Оли едва не выскользнула из рук.

«Ну точно! Эти два месяца я была у него… Иначе с чего бы это он мне так обрадовался?..»

– Н-никуда я не пропадала… – нерешительно ответила она.

– А я ведь о тебе думал все это время и даже собирался позвонить. Вчера или позавчера собирался… – с нежностью произнес Старцев.

«Если бы он сказал, собирался позвонить месяц назад или, например, прошлой зимой, то это значило бы, что я была не у него.