Тайная жизнь моего мужа

А уж когда дети потянулись к мечу, висящему поверх ковра на стене, то опасность стала грозить и всем окружающим людям…

Алиса заметила издалека страдальческий взгляд Романа и подошла к Галине:

– Может быть, пустим детей гулять в сад, под присмотром Петровича, он сейчас как раз ничем не занят?

Галина с радостью согласилась, видимо, ей самой хотелось отдохнуть от своих неугомонных отпрысков. Вызванный Петрович увел детей в сад.

Роман, заметив это, послал Алисе воздушный поцелуй.

Последними из гостей прибыли мачеха Романа, Лариса Игоревна – очень деятельная дама семидесяти лет, и сводный брат Романа – Игнат, родной сын мачехи.

Игнат – невысокий, худощавый, с рыжевато-пепельными вьющимися волосами, длинным некрасивым носом с горбинкой. Взгляд его зеленых глаз был докторским – каким-то типично циничным, что ли… Неприятный тип – наверное, потому, что ему все собравшиеся тут люди тоже были неприятны, судя по кислой гримасе на его лице. Если бы не его мать, то Игната сюда бы и не позвали вовсе.

Что касается Ларисы Игоревны, то она являлась не просто поклонницей Романа, она его обожала. Это уже было многими замечено и, пожалуй, стало фактом, Лариса Игоревна любила пасынка сильнее, чем родного сына.

Лариса Игоревна – дама экстравагантная, предпочитала стразы и кружева в одежде, в украшениях – крупные камни, почти булыжники, носила парик – золотые взбитые букли и признавала обувь только на каблуках. Она любила шампанское, вкусную еду, говорила громче всех, но, несмотря на это, Роман относился к ней с нежностью и снисхождением.

Прощал ей многое и никогда не глядел на нее напряженно, словно мечтая – уж поскорее бы ты ушла… Нет, наоборот, именно этой даме, своей мачехе, Роман сегодня обрадовался больше всего, он оживился при ее виде.

Лариса Игоревна набрала себе тарелку канапе, прихватила бокал с шампанским и расположилась рядом с Романом в кресле. Тарелку она поставила себе на колени. Болтала, пила, ела, роняя крошки и капая на себя содержимым бокала, – и ничего, Роман терпел, улыбался, слушал ее…

Что интересно, со сводным братом, Игнатом – тому было тридцать восемь лет, – Роман почти не говорил.

Мужчины кивнули друг другу на расстоянии, обменялись парочкой дежурных фраз, и всё.

Роман старался не общаться с братом не только из-за личной неприязни, но еще и потому, что Игнат – врач, чьей специализацией были органы дыхания. Легкие! Он лечил больных с пневмонией и какое-то время даже с туберкулезом.