Страсти по Адели

Пусть он и не стал идеальным красавцем, но как-то сумел выровнять свою внешность… И мускулы у него теперь имелись, и обаяние, и грозная сила гипнотизера, слава почти волшебника, что ли… Здесь, в поликлинике, он умело освобождал людей от различных зависимостей. В основном помогал женщинам справиться с тягой к еде.

Поэтому за ним всегда бегали толпы поклонниц, готовых на все по его первому зову.

В два часа дня Алиса закончила прием пациентов и отправилась домой. По дороге зашла в магазин, купила фруктов, овощей, курицу.

Потом спохватилась – ну куда столько на одного человека, пропадет ведь!

Раньше, когда рядом был Рыжик, Алиса готовила много и охотно, ей нравилось баловать своего мальчика вкусными блюдами. А вот для себя теперь ничего не хочется.

Вообще с годами Алиса словно разлюбила лакомства, ей хватало совершенно простых, незатейливых продуктов. Творог на завтрак, куриная грудка с листиком салата – на ужин. Летом хотелось свежей клубники и грунтовых помидоров… На работе во время обеденного перерыва Алиса, бывало, съедала баночку детского питания.

Или яблоко, банан, грушу. Ну а что с судочками бегать? А коллеги удивлялись – как, разве этого достаточно? Анатолий все рвался ее подкормить, вот, как сегодня, пирожными… Наверное, астеничная Алиса на фоне его пациенток, страдающих лишним весом, смотрелась даже комично. «Да я еще успею растолстеть, Толик! – шутила Алиса. – Вот нагрянет климакс, разыграются гормоны – и начну сметать все подряд, придется к тебе за помощью бежать!» – «Перестань ерунду городить! – злился тот.  – До климакса тебе еще далеко. Сколько тебе? Тридцать восемь! Да ты еще девчонка по нынешним временам».

Алиса зашла в пустую квартиру, переоделась в домашнее, разобрала покупки.

Она заглянула в комнату сына, села на его кровать. Провела рукой по мягкому покрывалу. Затем приблизилась к столу, принялась перебирать тетрадки Рыжика, лежавшие стопкой. Конспекты сына за последний класс.

Затем Алиса зачем-то поправила шторы и отметила про себя, что за окнами еще светло, несмотря на то что в конце декабря темнеет рано.

– Рыжик. Рыжик мой… – не выдержав тишины, произнесла вслух Алиса, словно зовя сына. И вдруг разрыдалась, горько и тяжело.

Она жалела о том, что сама отправила Максима к его отцу, в Питер. Рыжик мог учиться и здесь, в Москве, ведь в столице полно хороших вузов. И они были бы вместе, мама и сын.