В нежных объятьях

Они разошлись миром, поняв, что совершенно разные. Владик, что называется, ходок, Анна же – не отличалась всепрощением. В качестве отступного Владик перед отъездом в Москву подарил Анне маникюрный салон в центре города. Да и сейчас не забывал, постоянно посылал хорошие подарки. Хотя, конечно, лучше бы деньгами…

Анна перед уходом заглянула в комнату дочери.

Лиза лежала на диване в наушниках, болтала ногой, наверное, в такт музыке, и одновременно пальцем тыкала в экран планшета.

Дочь выглядела старше своих лет – высокая, атлетического сложения, с каскадом вьющихся золотисто-рыжих волос до пояса.

– Мам, ты куда? – стянув один наушник вниз, спросила Лиза.

– К тете Тасе, там Женя приехала.

– Можно с тобой?

– Нет, не надо. И… вот что. Если к нам один человек придет, то ты… ты как?

– Мужчина?

– Да. Очень хороший человек.

– Мам, ну чего ты как маленькая… Конечно, я не возражаю. Я ж не дура. Я через два года к папе в Москву уеду, в институт поступать, а ты тут одна… Не, я не против, приглашай кого хочешь.

– Ты мой ангел… – послала воздушный поцелуй Анна.

Заглянула и в гостиную – там в кресле, подобно императрице, восседала бабуля, Варвара Платоновна Кирсанова, завтрашняя именинница.

Бабуля сосредоточенно смотрела какую-то отечественную мелодраму. Анна не стала ей мешать, тихонько притворила дверь и покинула дом.

Минут десять-пятнадцать она шла пешком – до дома тетки. Можно было, конечно, вызвать такси (Марат Харитин был готов приехать в любой момент либо прислать кого-то из своих сменщиков), но Анна не хотела ждать.

Но в этот раз не случилось.

Вот и дом тетки – длинный старый барак, правда, несколько отремонтированный, усовершенствованный местными властями, но барак и есть барак.

Анна перешагнула низкий забор, приблизилась к окну, за распахнутой створкой трепетала на ветру кружевная занавеска.

– Жень… ты дома? – крикнула Анна.

Занавеска сдвинулась в сторону, и в окне показалась физиономия двоюродной сестрицы. «Все такая же!» – с разочарованием, с насмешкой подумала Анна, впервые после довольно длительного времени вновь увидев Женю.

– Ой, Аня… Привет! Проходи! – улыбнулась сестра – своим огромным ртом.

Анна зашла внутрь. Все тот же интерьер тридцатилетней давности – старая мебель, скучные обои, тряпичная люстра…

– Садись.