Верховия. Великая вершина

Вот только не надо так пристально смотреть на нее.

– С чего ты взял? Со мной всё нормально, – пролепетала она, переживая о том, как глупо выглядит ее красное лицо.

– Тсс… Верхотуры над нами.

Соня глянула вверх. Над деревьями опять мелькали неясные тени. Из-за густой листвы их почти не различить.

– Видишь, как плавно парят? – прошептал Эрвин. – Настоящие ездовые драконы. И высоту набирают очень быстро.

– А кто такие верхотуры? – спросила Соня, всматриваясь вверх. Этот вопрос вертелся на языке с тех самых пор, как она услышала новое слово.

Эрвин снова посмотрел своим фирменным цепким взглядом, он не торопился с ответом. Не разыгрывает ли его девчонка?

– Избранные гвардейцы Главного Верховода. Самая элита. А над нами, кажется, верхотуры Ильзы. Они принадлежат Совету Меры.

– А зачем они за нами гоняются?

– Просто так, – буркнул Эрвин, – для проверки, – парень определенно не хотел углубляться в эту тему.

Соня задумалась. Реальность, которую она видела, обоняла, осязала, слышала, была подлинная, с какой стороны ни посмотри.

Но это всё равно не укладывалось в голове.

– А, это место как называется? – Соня предприняла еще одну попытку что-либо разъяснить.

– Ты здорова? – Эрвин приложил руку ко лбу Сони.

Она негодующе мотнула головой:

– Я не шучу.

– Это Верховия, юная странница. Страна Верховия.

– Верховия, – медленно повторила Соня, – первый раз слышу. Не знаю такой.

– А город называется Энобус.

Эрвин пристально глядел на девушку, наблюдая за ее реакцией.

Соня уже начала привыкать к его бесцеремонным взглядам.

Не на ту напал

– Всё это, конечно, интересно, но как мне попасть домой в Поваринск?

– Поваринск? Ну и названьице, – хохотнул Эрвин.

– Как мне вернуться? – Соне с трудом сдерживала рычащие нотки в голосе.

– Как пришла, так и вернешься, – отрезал Эрвин.

– Из твоей квартиры?

Эрвин безразлично пожал плечами.

– Может, из моей, а может, и нет. У тебя ключи, тебе виднее.

Зачем он издевается над ней? Соне хотелось одновременно плакать, ругаться и по девчачьи топать ногами.

Накричать на этого надменного Эрвина, заставить его извиниться. В то же время страшно поссориться с ним. Он единственное связующее звено с ее миром. Соня отвернулась. Хотя это было излишне: быстро наступившие сумерки скрывали лица собеседников, и ее отчаяние осталось незамеченным.

– Пора спать, – буркнул Эрвин, – завтра надо пораньше улететь отсюда, вдруг нас будут искать.