Верховия. Великая вершина

Соня прикинула на себя вещички, глянула в небольшое зеркало, встроенное в дверцу шкафа, но вдруг почувствовала такой сильный голод, что вернулась обратно в горницу.

В комнате было всё по-простому: длинный стол, накрытый светлой скатертью, две струганые лавки, шкаф на гнутых ножках и очаг, похожий на камин. В верхней части шкафчика девочка нашла посуду. Тарелки, красивые чашки, ножи, трезубые вилки, ложки – всё необычно, но узнаваемо.

Что они едят? Соня отворила нижние дверцы. Здесь хранились съестные припасы, совершенно незнакомые на вид.

Банки с пахучими травами, неизвестными сушеными фруктами. В одном туеске [2 - Туесок – небольшой берестяной короб с крышкой.] лежали коричневатые высохшие червяки. Соня с любопытством понюхала их и закрыла крышкой.

Что можно съесть? Что хоть немного похоже на привычную еду? В большой широкой глиняной посудине лежали бурые в крапинку крупные яйца, размером намного больше куриных.

Ура! Можно сделать яичницу

В посудном отделении нашлась тяжелая чугунная сковородка.

Оставалось разжечь огонь в печи. Но тут Соню ждала неудача. Сколько она ни искала спички, не обнаружила ничего похожего. Есть хотелось всё сильнее.

Что делать? Грызть кошачий корм из кармана? Тоже вариант. Она, морщась, разжевала одну подушечку. Несоленая дребедень. Поиск продолжился.

В одном из глиняных горшков Соня нашла подобие сухарей, осторожно надкусила один. Безвкусный, как кошачий корм, но чуть лучше. Что ж, была не была! Девочка рискнула и попробовала червяков, по вкусу напоминающих вяленые полоски мяса, потом пожевала засушенные фрукты.

Достала бутыль с прозрачной жидкостью, выпила прямо из горлышка, присела за стол и почувствовала, как пол уходит из-под ног.

«Я устала», – успела подумать Соня и отключилась.

Неприятно приходить в сознание после обморока, с трудом припоминая место, откуда ты отправилась в незапланированный вояж. Соня очнулась оттого, что кто-то осторожно хлопал ее по щекам.

Незнакомое бледное лицо склонилось над ней. Раскосые голубые глаза еще больше сощурились, а смешной белесый вихор казался живым и неподвластным хозяину.

«Белый китаец, – отрешенно подумала Соня. – Откуда?»

Рядом с китайцем появился Эрвин.

– Слышишь меня? – Эрвин тоже наклонился к Соне.

Она с трудом кивнула. Язык заплетался, воспроизводя нечленораздельные звуки. В голове шумело. Незнакомец приподнял ее голову, поднес к губам чашку с водой.