Ведьмина месть

Где она взяла эти давно запрещенные книги, навсегда осталось тайной доброй Елены…

Может она раздобыла их для Таи помня как молодая чародейка, а раньше рекламный агент по продаже двухметровых щупалец андрогор, смогла услышать мысли созданного ведьмой Мардраной странного существа с фиолетовыми глазами, живущего в кроваво-красном диске, который совсем недавно появился в светло-зеленом небе Дельгики, а потом стал стремительно снижаться над планетой, грозя уничтожить все живое…

Неожиданно для себя и для всех близких Тае удалось победить ведьму Мардрану, живущую уже восемьсот лет, в ее жестокой игре, придуманной от скуки в тоскливый непогожий день.

В той ужасной игре, по замыслу злой ведьмы фигурками были живые люди, а правила поведения для них она придумала сама.

«…Кто знает», – подумала Тая. В любом случае, она осталась бесконечно благодарна матери Алькоса за эти книги. Ведь рано или поздно встреча с Мардраной, стремящейся отомстить Тае разрушившей все ее планы, должна была состояться.

И знания, которые появились у молодой чародейки благодаря этим старинным трактатам, она больше не нашла бы нигде и никогда…

Из старой цепи Лидокурских гор, разделяющих планету Дельгику почти пополам, совсем недавно были вырваны огромные куски. Эти обломки за какие-то полчаса раздробились на мелкие камушки, вовлеченные в воздушную мясорубку. Ее центром, по замыслу злой ведьмы Мардраны, стала тогда Тая. В воздушном смерче, закружившемся вокруг нее, должны были погибнуть сотни людей в своих автодвижителях.

Они вращались в бушующем урагане вместе с обрывками газет, мусором и обломанными ветками. Казалось, ничто уже не может спасти пассажиров повозок-автодвижителей, втянутых в эту все более сужающуюся воздушную воронку.

Но Алькос, Аль… Он направил свою повозку прямо к Тае и сумел, справившись с ураганным ветром, поднять ее с земли и спрятать в своем новом синем блестящем автодвижителе.

«Так, опять Аль… – подумала Тая. – Я же решила, что больше никогда не буду о нем думать».

***

– Он не любит меня! Не любит! Он опять уехал! – по красивому капризному личику покатились первые слезы, предвестники больших потоков, уже собравшихся в узковатых и раскосых зеленых глазах.

– Мэри, ты ведешь себя, как ребенок, – прозвучал рассудительный и негромкий голос. – Ты же знаешь, Ольвига позвал король. У них важные государственные дела.

– Не верю! Ничему не верю! – Мэри уже перешла на истерический визг.