Мелодия тумана

Засыпая крепким сном, я вновь ощутил в душе сильную, удушающую боль. Но уснул я быстро, поэтому толком не понял, что чувствую. Я даже не заметил, как мои пальцы покрылись инеем. Я совсем ничего не замечал. Я напоминал куклу в руках умелого кукловода. Только вот кукловодом была музыка, а не человек.

Когда пианистка убедилась, что ДжонгХен крепко спит, она прекратила играть и устало посмотрела на молодого человека.

Прошло не более секунды, прежде чем он остался в комнате совершенно один.

Комнату окутала мрачная тишина, и только сопение ДжонгХена разряжало эту ядовитую атмосферу.

Стало нестерпимо зябко, но кореец, облокотившийся на кофейный столик, тихо сопел и не чувствовал этого.

Глава №9

– ДжонгХен, проснись, – голос Арона вывел меня из красочного сновидения и заставил вернуться в серую реальность. – ДжонгХен!

– Чего? – простонал я и разлепил сонные веки. – Я хочу спать.

– Ты сначала посмотри, где уснул! – возмутился Арон.

 – Просыпайся же!

Я резко распахнул глаза и стал оглядываться по сторонам. Меня окружали полки с книгами. Я сидел в библиотеке за деревянным квадратным столом. Ничего не понимая, я уставился на Арона. Парень стоял возле меня.

– Но я не тут засыпал, – сказал я и встал со стула, чувствуя, что моя поясница напоминает бетонную стену. Она застыла, как цемент. – Я заснул в комнате, где стоит фортепиано!

– Что? Какое еще фортепиано?

– Черное, – замешкался я, вспоминая его цвет.

 – Оно стоит в углу, в заброшенной комнате. Тут, на третьем этаже.

С минуту мы глупо смотрели друг другу в глаза. Арон явно не понимал, о чем я говорил.

– ДжонгХен, иди умывайся, а потом завтракать. Мэри уже накрыла на стол, – вздохнул Арон и пошел к двери. Напоследок он бросил: – Прошу не опаздывать, овсянка имеет неприятное свойство – остывать и застывать.

– Да, – на автомате ответил я и снова сел на стул.

У меня вдруг подкосились колени.

Когда за Ароном захлопнулась дверь, я начал прокручивать в голове события прошлого вечера, вплоть до похода в библиотеку.

Окинув взглядом стол, я заметил на нем книгу, которую читал этой ночью. Я взял ее в руки, чтобы удостовериться в своей правоте. Да, книга мне не приснилась.

А что потом?

Сердце неприятно заныло, и я вспомнил удушающую мелодию, что поразила меня своим волшебным звучанием.