Детективное лето

Символическая перегородка между суверенными пространствами соседствующих квартир из существительного превратилась в прилагательное и теперь стояла, прислоненная к стене, ничуть не препятствуя перемещениям из пункта А в пункт Б.

– Валь, да ты с ума сошла – квартиру отремонтировала, а балкон оставила в первозданном виде?! – охнул Иваныч, без почтения пнув дисквалифицированную перегородку. – Гена наш не лучший в мире хозяин, но и то кирпичные стенки на балконе вывел, во избежание вторжения, так сказать… А кто соседи твои? – Он прошел на чужую часть балкона и бесцеремонно влип лицом в стекло тамошней двери.

 – Вроде пусто внутри, даже мебели нет…

– Там не живет еще никто, – пояснила Валентина Петровна и припомнила: – На днях ходили какие-то по подъезду, спрашивали, кто сдает жилье, но я им не открыла, подумала – мало ли, вдруг жулики…

– Бери выше – не жулики, а диверсанты, – Иваныч совершил обратный переход через воображаемую границу, вернул на место перегородку и сказал: – Подержи так, я сейчас инструменты принесу, – и убежал в офис.

Валентина Петровна стояла на балконе, чувствуя себя одиноким атлантом. Не небо, конечно, держала, но тоже нечто важное: пассивную оборону. Заодно дышала свежим воздухом (глубоко, размеренно – старательно успокаиваясь) и любовалась природой.

Та на взгляд с десятого этажа в новом жилом районе плотной застройки была представлена преимущественно небом, но оно стоило того, чтобы посмотреть: июнь в Питере – сезон белых ночей.

Как раз вечерело, и солнце уже примерялось, в какой точке оно надолго зависнет на отдых, косые золотые лучи зажигали желто-розовым пламенем окна дома напротив.

Краем глаза поймав острый отблеск, Мордасова дернулась и чуть не уронила перегородку, но вовремя подоспевший Иваныч придержал ее и ловко забил пару гвоздей:

– Все, отходи, дальше я сам.

Валентина Петровна отодвинулась, развернулась к балконным перилам и снова уловила яркий отблеск.

Присмотревшись, она подергала за рубашку коллегу:

– Глянь-ка, там кто-то с биноклем?

– Ну! Извращенец какой-то, – быстро глянув и отвернувшись, хохотнул Иваныч. – Что он тут высматривает? Как мы белые флаги выбрасываем?

На балкон как раз вышла уборщица:

– Тиряпки вешай?

– Вешай, – разрешила Валентина Петровна и ушла в комнату, чтобы не мешать, во-первых, и подумать – во-вторых.

Или наоборот.