Кредит доверчивости

Оказалось, что нет ничего приятнее, чем вечером вместе чистить картошку под «Аквариум» или «Дюран-Дюран», а потом весело спорить: мешать – не мешать, закрывать крышкой или нет; и заваривать чай – тоже в шутку препираясь, сколько его настаивать; и резать хлеб – треугольничками, нет, только квадратиками; а потом делить пополам пирожное лишь затем, чтобы отдать ей свою половину…

Оказалось, что это здорово – мыть пол и посуду, выносить мусор, делать покупки, зная, что и сейчас, и завтра, и через год – вечно – вы будете вместе, и этот факт даже заверен печатью в паспорте.

У вас общая фамилия, общий быт, общая судьба и общий… ребенок.

Виктор так и не вспомнил подробности своей прошлой жизни. Но это его не особенно волновало. Почему-то ему казалось, что в этих подробностях нет ничего замечательного и пускать их в свое новое существование вовсе не обязательно.

Лика устроилась в то же издательство и тоже переводчиком. Они вместе уезжали на работу, вместе приезжали, и это было удивительно здорово. Ехать приходилось двадцать минут на троллейбусе, а потом идти пешком.

По всем житейским правилам и прогнозам они должны были надоесть друг другу максимум через полгода, но они не надоедали, и каждый день, каждый раз в эти двадцать минут на троллейбусе и пять минут прогулки в любую погоду им было о чем поговорить, над чем посмеяться, о чем помечтать…

В тот ненастный день они шли под зонтом, возвращаясь с работы.

– Я в тебя с первого курса влюбилась, – смеялась Лика, держа Виктора под руку и прижимаясь к нему теснее, чтобы капли дождя не попадали на сумку.

 – Но ты же был байкер! Крутой! И тебе нравились крутые девчонки – яркие, высокие, бойкие брюнетки. Куда мне, серой мышке, до них… Я о тебе даже мечтать не смела.

– На первом курсе вместо меня учился другой человек, я же тебе говорил…

– Как хорошо, что ты ударился головой!

– Жаль, что этого не случилось раньше…

Укрывшись зонтом от проливного дождя, они поцеловались – словно на первом свидании, впервые сбежав из-под родительского присмотра.

– Давай купим вина, – предложил Виктор. – И закатим романтический ужин.

– У нас вчера был романтический ужин, – засмеялась Лика.

Вино они все же купили – молодое, розовое, – но пить Лика наотрез отказалась. Она покрутила в тонких пальцах бокал и поставила его на стол.

– Вить, у меня новость…

– Мама твоя приедет? – Виктор опасался первого свидания с тещей, которая вот-вот должна была нагрянуть из Барабинска.

– Ну, и… мама тоже.