Любовные детективные истории

 – Аврора, детка, поди сюда, пожалуйста!

Девушка вошла с подносом, на котором несла чашки, заварочный чайник и вазочку с печеньем и конфетами:

– Что, ба?

– Принеси, пожалуйста, ту вещь, что привез нам Олег. Она на тумбе у моей кровати.

Аврора как-то странно посмотрела на меня, а потом сказала:

– Ба, ты не будешь возражать, если я Лизу на минутку у тебя украду? Хочу спросить кое-что.

Старушка покачала головой:

– Не приставай к гостье с вопросами.

– Нет, ничего… – вмешалась я.

– Тогда давайте выйдем, – пригласила Аврора, и я проследовала за ней в кухню.

Там девушка открыла форточку, закурила и сказала:

– Я вас очень прошу, ничего у нее не спрашивайте про эту табакерку, хорошо? Я ее покажу, но очень прошу – никаких вопросов. Если у нее снова случится приступ, будет плохо. Мама едет, чтобы сделать ей уколы. Бабушке девяносто три года, любое потрясение, даже приятное, вызывает у нее сердцебиение. И этот Олег, привезший табакерку, я так понимаю, хотел как лучше, но нужно было сперва с мамой поговорить.

– Что-то случилось?

– Случилось. К бабушке вернулась ее молодость и любовь всей ее жизни. Эта табакерка принадлежала моему деду. Вернее, прадеду, вы ведь догадываетесь, что я правнучка. Они поженились за год до войны, прабабушка успела родить ребенка до того, как началась блокада. И даже сумела сохранить его живым. А прадед ушел в ополчение из Москвы, он там аспирантуру заканчивал, его вообще не должны были забрать – зрение совсем плохое было. Но он не смог, добровольцем пошел и погиб где-то под Вязьмой.

Ба ждала его всю жизнь, замуж больше не вышла. От него осталась только одна фотография – все остальное сгорело в первую сентябрьскую бомбежку. Как она с маленьким ребенком в таком аду выжила, я даже думать боюсь. – Аврора выбросила окурок и продолжила: – А пару недель назад позвонил Олег и сказал, что у него есть какая-то вещь, которая, кажется, принадлежала нашей семье. И привез табакерку. Ба ее сразу узнала – ну, еще бы, там ведь в крышке ее фотография под стеклом. И от радости у нее сердечный приступ случился, мы с мамой думали – все, не переживет. Но она крепкая, к счастью. Сына вон пережила и невестку, бабушку мою.

– Скажите, Аврора, а вы видели этого Олега?

В глазах девушки что-то такое мелькнуло, но лицо осталось прежним:

– Нет. С ним мама разговаривала, она тогда возле ба дежурила. Мы ее одну не оставляем, понимаете?

– Да, конечно…

– Так мы договорились? Насчет вопросов?

– Разумеется.