Лучший друг детектива

Сделал. Передаю. Только не балуй его, в дом не приваживай. На улице конура есть.

На чай Василич напрашиваться не стал. Съездил в магазин, забил холодильник продуктами, велел отдыхать-восстанавливаться и отбыл.

Маша осталась одна. Погода отличная – небо синее, солнце ослепительное. Еды полно, вся техника в доме функционирует, больничный оплатили. Целыми днями она сидела в кресле-качалке на балконе и загорала под приличным уже солнцем. Смотрела на горы, слушала Шопена, ела вкусности. То и дело запускала ладошки в шерсть Джека – никакой, конечно, конуры во дворе, пес теперь всегда находился с ней рядом.

Только радости все равно не было. Она бесконечно прокручивала в голове недавнюю встречу с Денисом. Когда оказались рядом на подъемнике, тот ведь посмотрел на нее пристально – явно вспоминал, где мог видеть. Почему было не сказать просто: «Я Маша!» Зачем-то начала всякую чушь нести…

Неужели она настолько ужасно изменилась, что Денис не признал в ней девушку, которой объяснялся в любви? Звал замуж? Умолял быть вместе в горе и в радости?!

Но даже если не признал – как мог не понять, что она ринулась по страшной трассе из-за него? Больничный счет оплатил, букет прислал, но неужели сложно было навестить – хоть разок?! Обидно, но пора смириться с реальностью.

И Маша начала – с кровью – выдирать его из своего сердца. Убрала в шкаф все плакаты. Перестала слушать диски. Старалась как можно реже вспоминать, но постоянно лезли в голову их поцелуи, его влюбленные взгляды, жаркие объятия.

Маша боялась, что окажется никому не нужной со своими переломами, но – хоть и жила на отшибе – гости почти каждый день наведывались. Соседи заглядывали, Василич из Сочи приезжал, девчонки с работы забегали – веселили, делились сплетнями, а ближе к концу февраля сообщили: на Розу Хутор с очередным концертом едет Денис.

– Маш, ты пойдешь?

Неужели она опять сможет его увидеть? Сердце затрепыхалось, но ответ вырвался сам:

– Нет.

– Тебе еще ходить тяжело, да?

– Нормально мне ходить. Просто не хочу.

Девочки, конечно, не ведали об их отношениях и настаивать не стали, а вот Василич с насмешечкой спросил:

– Билет на своего пианиста купила уже?

Маша помотала головой.

– И почему же? – усмехнулся он.