Простая История. Том 4

Но вдруг он всё слышит? Его можно было не жалеть: ей никогда такое не приходило в голову. Но будущего нужно было бояться.

– Всё будет в порядке, – повторил Майк. – Вот увидишь. Джеф очень упрямый. Ему умирать не хочется.

Он помолчал, рассматривая её бледное лицо и испытывая безмерную благодарность за то, что она просто посочувствовала ему. Не потому, что он ей нравится. Не потому, что лишь только пожалела, как человек. Не потому, что у него есть деньги. А просто поняла его боль. И разделила её, не задумываясь. Он обязан был позаботиться о ней, потому, что сам Джеф сделать это сейчас не в состоянии, потому, что когда Джеф очнётся, он спросит с него.

Майк тихо спросил, пытаясь отвлечь её:

– Собирался же ещё кардиолог его осмотреть. Приходил?

Николь покачала головой.

– Лечащий врач тоже обещал зайти ближе к полудню.

30

Врач действительно зашёл ещё раз, как и обещал утром на обходе, привёл кардиолога. Он проверил сердцебиение Джефа, назначил какие-то капельницы и удалился, сказав, что придёт проверить состояние Джефа ещё.

Лечащий врач оказался обстоятельным, очень толково расписал, чем чреваты такие удары током, когда рассказывал, откуда взялись эти ветвистые разводы на коже.

Николь выслушала его с ужасом. Ничего хорошего для Джефа это не значило. Только кучу проблем с осложнениями. Господи! Помоги, Господи! пожалуйста, пожалуйста, избавь его от его боли. Конечно, болезнь учит чему-то человека. Но чему можно научиться, лежа без сознания? Тут она подумала, что болезнь Джефа послана не ему, а ей.

Для того, чтобы она сама посмотрела на них с Джефом со стороны, поразмышляла об их отношениях.

Это было ещё хуже: понять вдруг, что это её вина. Что Джеф, как подопытный кролик, участвует в грандиозном опыте, предназначенном научить чему-то её. Чему?

Читать от слёз она не могла. Молитва всё время уплывала от неё, оставляя ей только исторгаемые сердцем стоны. Почему-то вспомнилась "Песнь Песней", которую она знала почти наизусть.

"Отпёрла я возлюбленному моему,

а возлюбленный мой повернулся и ушёл.

Души во мне не стало, когда он говорил;

я искала его и не находила его;

звала его, и он не отзывался мне.

Встретили меня стражи,

обходящие город;

избили меня, изранили меня;

сняли с меня покрывало

стерегущие стены.

Заклинаю вас, дщери Иерусалимские:

если вы встретите возлюбленного моего,

что скажете вы ему?

что я изнемогаю от любви."

Он лежал и слушал, не слыша и лицо его было спокойным.