Седьмое небо

 – Мы тебя ждали, ждали, и он уснул. Не буди его, пожалуйста.

– Я его сейчас отлуплю, – мрачно пообещал Егор, глядя в омлет. – Что ему нужно? Зачем он приехал?

– Ты бы поел сначала, – посоветовал дед. – Смотри, у тебя сейчас все подгорит.

– Дед, не увиливай! – прикрикнул Егор.

– Я не буду разговаривать с тобой о Диме, пока ты не придешь в себя! – отрезал дед. Упрямство у них было фамильной чертой. – Садись и поешь, а потом поговорим.

– Не буду я с тобой разговаривать, – пробормотал Егор. – Я сейчас пойду, подниму этого ублюдка с постели и надаю ему по физиономии. Ясно тебе?

– Егор! Дед! Чего орете? – раздался с порога хриплый голос. – Спать не даете.

Егор и дед разом повернули головы.

Держась за косяк, в дверном проеме стоял лохматый верзила в джинсах и мятой майке навыпуск. У него была отекшая физиономия с кучками юношеских прыщей и неопрятной щетиной и громадные, как у орангутанга, ручищи.

– Хочешь в морду дать? – спросил верзила у Егора. – Ну давай, чего ты ждешь-то? А приехал я не к тебе. Я к деду приехал, я даже не знал, что ты уже вернулся. Я сейчас уеду. Мне твоя квартира на фиг не нужна.

– И мои деньги тебе тоже на фиг не нужны, я так понимаю? – спросил Егор холодно.

От одного взгляда на собственного брата он начинал исходить тихим бешенством.

Чтобы не сорваться и впрямь не съездить по заспанной оплывшей физиономии, он быстро занялся делом – достал тарелки себе и деду, положил вилки, разыскал в холодильнике воду.

– Меня, значит, за стол не приглашают, – наблюдая за ним черными, как ночь, глазами, констатировал верзила.

Эти чертовы глаза не давали Егору Шубину никакого покоя. Они были точно такими же, как его собственные. Еще одна фамильная черта.

Сгинула бы она куда-нибудь, вся эта фамилия!

– Садись, Дима. – Дед поднялся. – Садись, я не буду. Среди ночи есть очень вредно. Егор у нас человек занятой, ему днем поесть некогда, а тебе можно в любое время суток, ты же еще растешь. – Не нужна мне его еда! – пробормотал брат ожесточенно. – И сидеть я с ним не хочу. Я сейчас уеду.

– Валяй, – сказал Егор, не оборачиваясь.