Серьга Артемиды

– Мам, ты что?!

– Я ничего, а вот ты что?! Совсем дура, дочка?! Нечего там тереться, среди поступающих! И не смей ничего выкладывать в интернет! Ни-че-го!

– Это как? – совсем уже потерялась Настя. – А как же я расскажу, что мертвую Дольчикову нашла?

– Никак, – отрезала мать. – Ты никому и ничего не расскажешь.

– То есть всем можно, а мне нельзя?!

– Про «всех» я не знаю. Я не знаю, кто такие «все»! А тебе я запрещаю.

– Ха-ха-ха, – осторожно сказала Настя. – Приветики-покасики! Ты с ума сошла, что ли?

Мать быстро и твердо на нее взглянула.

– Если я узнаю, что ты хоть что-то выложила в интернет, – вот из того, что сегодня происходило в институте, – я заберу у тебя телефон, планшет и компьютер. И это не шутка и не угроза. Я именно так и сделаю.

Настя скосила глаза.

Ужасно, но мать, кажется, действительно не шутила! Ее собственная мать, рохля, мямля и толстуха, вечная бабкина подпевала и подкаблучница!..

– А я тогда уйду из дома! – Это был пробный шар, и он пролетел мимо лузы.

– Скатертью дорога, – сказала мать. – Восемнадцати тебе еще нет, майор Мишаков моментально тебя найдет и вернет по месту жительства. Возьмет подписку о невыезде. Ты свидетель убийства.

– Хорошо-о-о, – протянула Настя с угрозой в голосе. Раньше такой ее тон всегда действовал на мать. Та пугалась и сразу все разрешала. – А что мне еще запрещается ни с того ни с сего?! Фотки выкладывать нельзя, обсуждать нельзя, что еще?

– Выдумывать, чего не было, – сказала мать. – Вот как ты выдумала про часы.

– Да ничего я не выдумала! – наконец в полный голос заорала Настя. Мать обвинила ее несправедливо! – Часы на самом деле пропали! Что?! Съела?!

– Может, и пропали. Но с чего ты взяла, что Светлану Дольчикову… что Светлана Дольчикова погибла именно из-за них?! Да еще стала излагать свои соображения этому майору?!

– А что?! Нельзя?!

– Нельзя, – отрубила мать. – Ты должна отвечать на вопросы, если тебе станут их задавать, и говорить только правду. Все свои домыслы ты можешь рассказать мне или бабушке.

– Мать, ты че?! Ты совсем, что ли?!

– Тема закрыта, – объявила мать. – Вылезай, приехали.

Оказывается, они и вправду приехали. Дождик прошел, пока ехали, – Настя не заметила никакого дождя! А теперь возле родной калитки с одной выбитой, как зуб, штакетиной стояла большая весенняя лужа.

– Между прочим, – вдруг сказала мать весело, словно они не ругались всю дорогу, – замечено, что весенние лужи отличаются от осенних.