Судьба по книге перемен

А, всё равно мокрое, хоть выжимай, хоть не выжимай.

Главное, если она заявится сейчас к тёте Эмилии, та всыплет ей как следует. И мало того, что всыплет, ещё возьмётся принимать «профилактические меры», чтобы племянница не заболела! Маня эти самые «меры» знала – дышать над картошкой, парить ноги, горчичник между лопаток – и терпеть их не могла.

В «Асторию» теперь нельзя, конечно. Вон их с Волькой даже в такси не посадили!

В дверь постучали и просунулась рука с какими-то пакетами.

– Марина, надевайте.

Я взяла у соседей.

По соседству располагался магазин, где торговали в том числе и «дамскими радостями» – нижним бельём. Всё удобное, изящное, тонкое, без лишних финтифлюшек – очень дорогое.

Маня вытащила из пакетов «верх» и «низ» – всё село идеально, Светлана своё дело знала!

– В шкафу халат, – проинформировали из-за двери. – Я надеваю его после йоги. Он совершенно чистый. Можете взять.

Маня напялила халат – он, ясное дело, был тесноват в груди и короток, зато абсолютно сухой!

– Светлана, спасибо вам огромное! Вы меня просто спасли!

– Я послала в аптеку за пластырем и какой-нибудь мазью.

Ужас, что у вас с ногой. И вам нужен кофе! Лучше бы водки, конечно, – тут управляющая задумалась, – но мы её не держим, у нас только игристое, а оно сейчас некстати.

Маня засмеялась.

– Ну, пойдёмте, пойдёмте!

Сказать, что Мане было неловко – ничего не сказать. Она не любила обременять собой людей и пользоваться их расположением и любезностью.

Да и магазин на Невском проспекте, в самом центре Питера, не то место, где известная писательница Марина Покровская может торчать полуголой и полумокрой!

Нужно забрать собаку, что-то такое придумать с одеждой и отправляться восвояси.

Волька, завидев Маню, вскочил, с усилием поставил лапы ей на колени и брякнулся обратно в центр розового ковра с гулким звуком.

– Изнемог, – сказала про него Маня и неловко потёрла руки. – Огромное вам спасибо, Светлана…

– Да что ж вы заладили-то, Марина! Присаживайтесь, пейте кофе, а мы пока подыщем вам одежду.

Она глазами смерила Маню в халате.

– Вы с прошлого раза похудели? Поправились?

– Я похудеть не могу, – пробормотала Маня, – я всё только поправляюсь.

– Ой, да бросьте вы!

На улице было сумрачно, дождь лил, ветер ломал и вырывал зонты у прохожих, а здесь сияли люстры, пахло кофе, новыми вещами и розами – они благоухали на круглом столе.

Маня вздохнула.