Страницы любви Мани Поливановой

Где она, Екатерина Митрофанова, умная, жесткая, осторожная, могла просчитаться? Что именно она упустила – да так, что теперь никак не может поймать?!

И Стрешнев!..

Последние дни он ведет себя странно, как будто залег на дно и чего-то выжидает. Избегает ее, почти не звонит, на совещании помалкивал, и когда Анна Иосифовна за что-то ему пеняла, только улыбался совершенно по-щенячьи и махал рукой – простите, мол, дурака, никак с мыслями не соберусь!..

Это на него совсем не похоже.

Он что-то знает и скрывает от нее, Кати.

Что это может быть?.. Убийство?.. Всплыли какие-то новые детали?.. Или они оба, и Стрешнев, и Анна Иосифовна, что-то узнали от Берегового, который кричал, что «она убивает людей»?! Что он мог им рассказать?! И когда и где они могли с ним встретиться так, что она, Катя, ничего об этом не знает?

Митрофанова закашлялась, в горле стало горячо и жестко. Она наклонилась и сунула лицо в ладони.

– Меня саму чуть не прикончили, – шептала она, раскачиваясь.

 – Вот прямо на пороге. Они же видели!.. И Маня, и Сашка!.. И теперь я должна звонить этому… который на все издательство орал, что я людей убиваю…

Она долго шептала и раскачивалась, но не плакала, а только мелко дрожала и время от времени приказывала себе не дрожать.

Потом выпрямилась, по-ефрейторски расправила плечи и повела подбородком.

В конце концов, трус не играет в хоккей, это она усвоила давно и четко.

Если нужно звонить и каяться и нету, нет другого выхода, значит, она будет звонить и каяться!

В конце концов, это просто работа.

Обстоятельства непреодолимой силы, как пишут в договорах. Она, Екатерина Митрофанова, не может преодолеть эту самую силу и поэтому должна звонить.

Печатая шаг, она вышла в прихожую и достала из сумки телефон.

Можно себе представить, что именно испытает человек, которому она сейчас позвонит! Что именно и как именно он ей скажет.

Впрочем, лучше не представлять.

Телефон прогудел раз. Другой. Третий.

Только бы он не взял трубку!.

. Если не возьмет, «обстоятельства непреодолимой силы» не станут преодолимыми, но необходимость преодолевать их отложится хоть на какое-то время.

Ну, еще один гудочек, последний, и я нажму «отбой»!.. Только не бери трубку, не бери ни в коем случае!..

– Да.

Голос показался ей холодным и угрожающим.

– Владимир, это Екатерина Петровна Митрофанова.

– Я узнал.

Митрофанова дышала быстро и очень тихо, чтобы он не слышал.