Зима&Детектив

– Маловато информации, конечно, но, в принципе, все пока укладывается в предварительную концепцию, – рассудил Колян, щедро поливая пельмени в своей тарелке сметаной. – Суровый мужик, не открывший дверь соседке, похож на охранника, который стережет кого-то внутри.

– А коврик у них замусоренный, – припомнила я. – Хотя пол в подъезде моют каждое утро, мы с вами видели сегодня уборщицу с ведром и шваброй. Значит, кто-то часто выходит из этой квартиры и возвращается, иначе не натаскали бы грязи на придверный коврик всего за полдня.

– Так надо посмотреть, кто там ходит! – загорелся сын. – Давайте устроим засаду у лифта!

– Давайте, – согласилась я. – Только надо что-то придумать, чтобы эта засада выглядела невинно. А то не понравился мне тот мужик за дверью…

– Ты же его не видела, – напомнил муж.

– Не видела, – согласилась я. – Но слышала! И за одну интонацию дала бы годик строгого режима.

– Тут, очевидно, не принято дружить с соседями, – со вздохом заметил сын.

У него явно складывалось нелестное мнение о москвичах.

В засаду пошел Колюшка.

– Староваты вы для парочки обжимающихся в подъезде подростков, – выдал он нам с бескомпромиссной прямотой. – А у меня нормальная легенда будет: пацан с гаджетами, застрявший на лестнице, чтобы не идти домой, где сплошной напряг. Там же предки, они заставляют делать уроки и мыть посуду…

– Чур, посуду ты моешь! – быстро сказала я мужу.

– Сплошной напряг, – пожаловался он.

Сын тепло оделся, взял свой айфон с наушниками и ушел на задание.

Мы принесли в прихожую табуретки, сели у приоткрытой двери и где-то час чутко слушали, что происходит наверху. Наконец наш разведчик вернулся и доложил:

– Вышли двое – тот стриженый парень, которого мы видели с блондинкой-русалкой, и девушка, но другая, темноволосая. Потом пришли два мужика, им какой-то парень открыл, я голоса слышал.

– О чем говорили? – заинтересовалась я.

– Я не разобрал, что-то про часы.

Потом еще из квартиры напротив вышла бабка с собачкой. Обе толстые и в белых кудряшках, – сын хихикнул.

– Бабка вышла и не возвращалась? – Я вбила ноги в ботинки и потянула с вешалки куртку и сумку. – Так, теперь мой выход.

Собачка оказалась болонкой, а ее хозяйка – вовсе не бабкой, а просто толстой одышливой женщиной лет пятидесяти. Старше своего возраста она казалась из-за избыточного веса и седых кудряшек, падающих на лоб из-под вязаной шапки.