Это мужской мир, подруга!

Утро добрым не бывает, да? Сейчас будем освидетельствование проводить! – крикнул он.

– Я вчера не пила! – воскликнула я раньше, чем осеклась в испуге. А ведь я как раз вчера пила. Почти бутылку эндрюшевского вина, почти всю в одиночку. Расслабиться захотела, блин. Теперь какое, на фиг, освидетельствование! Конечно, что-то там обязательно будет. Дура, дура!

– Что краснеешь? Правда глаза колет? – моментально поймал мое настроение Мудвин.

Я стояла и молчала, просто не зная, как вообще себя повести. Я сама, по собственной дури дала ему в руки козырь, от которого даже не знаю теперь как отбиться.

Боже, как глупо, как глупо!

– Чего молчишь? – продолжал злорадствовать он. – Может, пивка? Думала, все тебе сойдет с рук?

– Рустам Вадимович?! – София Сергеевна робко пыталась хоть как-то остановить разбушевавшегося Мудвина. Ей весь этот скандал тоже был на фиг не нужен, но начальник не собирался останавливаться. Он решил размазать меня, и чем грязнее, тем лучше. Уничтожить следы собственного скотства, вымазав меня в грязи.

Я стояла и смотрела на него, прямо в глаза и вдруг мне стало невыносимо смешно. Истерика, конечно. Все мы люди.

– Что, вызываем органы? Пройдешь освидетельствование, чтобы уж не было ко мне претензий, а? Ты же так любишь милицию. Можем даже тех же самых ребят из отделения вызвать, они будут рады. Они мне звонили. Кстати, они-то тебя сразу раскусили.

– Да что вы? Прямо раскусили? Ай, молодцы! – Я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться. Какой цирк.

– Ладно, хватит.

 – Мудвин вдруг посерьезнел. – София Сергеевна, вы подготовили акт?

– Ну, да, – безо всякого энтузиазма кивнула та. Я увидела, что в руках она держит какие-то бумаги.

– Так, ну что. Свидетель у нас есть. Ты будешь объясняться? Вчера ты была неадекватна, а сегодня-то хоть, может, немного совесть проснется.

– У меня? – уставилась на него я. Кажется, я даже не мигала. У меня возникло полнейшее ощущение, что я нахожусь в заповеднике ядовитых змей. Как его там называют – в террариуме.

И что по какой-то дикой случайности меня забросили, закрыли, и теперь вокруг меня пляшут змеи.

– А у кого? Так, значит, от освидетельствования ты отказываешься? Милиции не хочешь?

– Нет, не хочу! – помотала головой я. Что и говорить, милиции с меня и вчера хватило. Вот уж точно, не надо было туда ходить.

– Отлично. Так и запишем. Объяснений, как я понимаю, ты давать тоже не будешь?

– Нет, не буду. Вам – точно не буду.

– И не надо.