Слезы Мира

Кто-то сопротивлялся, кто-то плакал.

Впервые у Эстель на глазах навернулись слезы от беспомощности. Она видела, как один хилый старик и возможно его внучка вцепились в друг друга и громко причитали. Девушку отцепить удалось, но она яростно сопротивлялась, ее с силой ударили по голове, и она отключилась. Старика жестоко били ногами и оружием двое здоровенных парня! Какая несправедливость! Изверги!

Эстель только услышала тревожный окрик. Она не понимала, но ноги сами несли ее туда. Девушка налетела на одного из бандитов и ударила ему между ног.

Он упал, скорчившись, и что-то закричал, наверняка материл ее. Эстель резко ударили по лицу оружием. Она пошатнулась, но не упала. Лицо горело и пылало, будто стало пульсирующим шаром. Девушка сплюнула солоноватый вкус крови. Сволочи!

К ней подошли и ударили по ногам, она упала на колени. Она услышала звук щелкнувшего предохранителя на оружии, наставленного на нее. Эстель отвела глаза от оружия, и ей было почему-то все равно. «Вот и конец!».

В следующий миг подлетел Темир.

Он что-то говорил по-китайски человеку, который собирался ее пристрелить. «А он не сказал, что говорит по-китайски?!». Но она и не спрашивала. В следующую минуту от мощного удара Темир рухнул на колени рядом с Эстель. Послышался выстрел.

Девушка резко дернулась от страха, она сразу посмотрела на Темира, но у него тоже были испуганные и растерянные глаза. Через секунду Эстель поняла, что стреляли не в них.

Тут послышался горестный плач той самой девушки. Убили старика! Беспомощного старика.

Да, отпустили бы его! Все равно бы он ничего бы не смог сделать.

В Эстель бушевала такая ярость! Что за несправедливость! Почему с людьми обращаются хуже, чем со скотиной. Она со всей силой пнула рядом стоящего китайца с автоматом в руках. Он резко обернулся и ударил со всей силой ей ногой в живот. От боли ей хотелось плакать, но она чуть не задохнулось, из глаз брызнули слезы. «Будьте прокляты! Будьте вы все прокляты! Сдохните! Пусть вас расстреляют!».

Слезы жгли лицо.

Было больно плакать. Почему-то на нее обрушилось такое отчаяние и боль, что возможно ей показалось, что плакать было больнее, чем то, что сердце разрывается от отчаяния. Темир подполз к ней, пытаясь ее посадить и утешить, но посмотрев, на нее с ужасом уставился. Рядом китайцы тоже застыли со страхом. Эстель посмотрела на слезы, капающие на землю, и увидела кровь!

Наверное, это с носа или с виска! «Неужели повредили „товар“», – зло подумала она.