Кот, который гуляет со мной

Слыхал? Это только кажется, что шансы всегда равны, что все – пятьдесят на пятьдесят. И вообще, людям свойственно неправильно оценивать шансы, – пробормотала я, вставая со стула. Игорь притянул меня к себе, но не поцеловал, а потащил куда-то. Я пошла за ним, но он повернулся, остановился и посмотрел на меня.

– Ну и что? И что?

– Как тебе объяснить…. К примеру, люди переоценивают шанс выиграть в лотерею, который реально намного меньше, чем им кажется. Они говорят себе – кто-то же выигрывает. Один из миллиона.

Но один из миллиона – это ничтожно малый шанс. Практически это означает, что нужно играть в лотерею несколько столетий подряд, каждый день, чтобы появилась гарантия на выигрыш. С другой стороны, люди недооценивают шансы встретить в огромном городе кого-то знакомого. Шанс на это выше, чем им кажется. Все люди используют одни и те же транспортные средства, причем примерно в одни и те же часы, и делают это день за днем. Шанс на то, что рано или поздно встретишь хоть кого-то из знакомых, очень и очень высок. На самом деле такое может случиться даже на другом конце земли. Но это не повышает шансы выиграть в лотерею.

– Отлично, отлично, – кивал Игорь. – А как ты оцениваешь наши с тобой шансы на то, чтобы добраться до какой-нибудь подходящей постели?

– Как… как высокие, – ответила я, но голос предательски дрогнул, а колени задрожали и подогнулись.

– Почему?

– Потому что тут полно кроватей? – спросила я неуверенно.

– Да нет же, премудрая ты Ромашка! Просто потому что я ужасно тебя хочу, понимаешь? А когда ты говоришь о теории вероятности, то еще больше.

– Серьезно? – рассмеялась я. – И что с тобой не так?

– Со мной не так – ты, – ответил он и вдруг подхватил меня на руки. О, психология, о науки и мудрые умы – каким не важным все становится, когда красивый мужчина несет тебя на руках и бросает на постель. Что может значить вся теория относительности, хоть общая, хоть специальная, когда тело берет власть над разумом. Я смотрела на то, как мой благородный идальго снимает с себя свитер, как стаскивает темно-серую мягкую водолазку, и мое сердце стучало как сумасшедшее, а тело сходило с ума и требовало от меня того же.

Мне стало совершенно все равно, что будет завтра. Сегодня вдруг стало единственным, что имеет значение. А зря, Фая, зря.

Глава 5

Расставание – это иллюзия; с другой стороны, долги – реальность

Самым странным в понедельник стало то, что в Муравейнике ничего с пятницы не изменилось.