Любимый мотив Мендельсона

В конце концов, именно деньги волновали меня сейчас в первую очередь.

Меж тем мы уже пришли ко мне домой. Я опустила глаза, а Борис легко и как-то просто сказал, что ему было приятно погулять в моем обществе.

– Я пойду? – с некоторой надеждой уточнила я.

Борис внимательно посмотрел на меня. Просто с ног до головы прошелся по мне рентгеном. Потом что-то там прикинул и спросил:

– А если я предложу вам употребить совместно по тарелочке этого самого борща, вы не расцените это как посягательство на вашу девичью честь?

– Ни в коем случае, – с облегчением выдохнула я.

 – Все, чего я хочу, это просто потрепаться с интересным человеком.

– А я – интересный? – искоса посмотрел на меня Борис.

– Безусловно, – искренне кивнула я. – Никто еще не говорил мне таких чудесных вещей. Я жду не дождусь получить более подробные инструкции.

– На какой предмет? – деловито потер ладони он.

– На предмет обучения искусству легкой и приятной жизни без любви. И, что главное, денежной.

– Это – не главное, это – следствие.

Если активно и увлеченно заниматься тем, что интересно и что востребовано обществом, то деньги придут сами собой, – уточнил Борис.

– Без проблем, – согласилась я, ибо кто в здравом уме отказался бы от таких перспектив.

Кажется, я все-таки уговорила небеса выдать мне личного и очень приятного консультанта по «дольче вите». Весь вечер мы проторчали в красиво утыканных елками и палками «Елках-палках» болтая о том, как глупо верить мужчинам и женщинам и вообще кому бы то ни было.

– Не верь, не бойся, не проси! – с умным и циничным видом заявляла я.

– Живи спокойно и в свое удовольствие. Не жди чуда! – добавлял Борис.

– А тем, кто попытается дурить нас, – мы покажем кузькину мать!

– Покажем! – кивал он, подливая мне вина. Еще через пару часов я почувствовала, что у нас с Борисом на почве цинизма открылась удивительная близость и понимание.

– Мы с тобой так похожи, что это просто уму непостижимо! – изображая прожженного материалиста, сказала я. И тут стало ясно, кто из нас на самом деле знает, о чем говорит, а кто только делает вид.

– Ты еще пару бокалов выпьешь и скажешь, что это неповторимая игра судьбы и что ты вполне готова составить мое счастье.

– Это не так, – покраснела я. – Я хочу работать. Может, об этом поговорим?

– Не-ет, – немного фривольно от выпитого вина он поманил меня мизинцем. – Об этом мы сегодня говорить не будем. Сначала ты должна разорвать цепи, сковывающие тебя.

– Да? – пьяно огорчилась я.