Записки ночного охотника

– Ты меня совсем плохо знаешь, – фыркнула девушка, открыв лицо, треугольное, с маленьким, но выступающим упрямым подбородком, резкие скулы, миндалевидные глаза, накрашенные сурьмой, смуглая кожа и несколько черных волос-завитков, выбившихся из-под платка. – Хватит здесь стоят и допрашивать меня, нам нужно поторопится пока другая смена не заступила. Я знаю где дети, я уже пару часов здесь все изучила. Мне и нужны были ключи, потому что возня с большими ржавыми металлическими замками – это не мои сильные стороны.

 – С этими словами она пошла дальше по коридору, Доминик и Отто последовали за ней.

– Так вы что встречались? – поинтересовался Отто. – Она что шпионка или ассасинка? В первый раз вижу и разговариваю женщиной с Востока! Они все там такие… красивые и экзотические?.. Мне нужно как-нибудь выбраться из нашего континента. Другие земли посмотреть.

Доминик молчал пока Отто выливал на него весь свой поток слов, и они также следовали за Лейлой.

– Твой друг всегда такой разговорчивый? – усмехнулась Лейла.

 – Он был бы симпатичнее, если бы мылся чаще и не вонял бы псиной. Его бы приодеть и научить манерам…

– Эй! – обиделся оборотень. – Некоторые мои сородичи бы разорвали на части любого, кто бы обозвал их псиной. И я моюсь… У меня нет постоянного жилья, как и горячей воды. А в нашем климате мыться часто равноценно самоубийству, если я не хочу слечь с простудой.

– Не обижайся, – девушка обернулась и улыбалась белоснежными зубами. – Я люблю собак, большинство из них верные и преданные.

Не то, что коты, которые сами по себе и могут исчезнуть в любой момент, – девушка слегка покосилась на угрюмого охотника. – Мы пришли.

Лейла стала долго возится с ключами и замком, но Доминик забрал у нее ключи из рук, и замок ему поддался. Он резко его дернул со всей силой и выдрал. Навалившись на тяжелую массивную дверь всем телом, он придержал, а потом толкнул плечом внутрь. Дверь противно заскрипела и открылась.

Внутри было темно, маленькое окно с решеткой наверху плохо освещало комнату.

На полу была застелена солома, и еще лежали матрасы, набитые также соломой. На матрасах жались от страха к друг другу две девочки. Дверь осветила лица вошедших, и одна из девочек удивленно всматривалась, и у нее из груди вырвался радостный визг. В следующее мгновенье, девочка бросилась в сторону Лейлы, и повисла у нее в объятиях и на ее шеи.

– Лейла! – почти плакала от радости девочка лет семи.