Мой шикарный босс

При ее изобретательности никогда нельзя было сказать точно, как именно она заденет меня, чтобы сделать больней. Одно определенно: заденет обязательно. А поскольку кто, как не мать, лучше всех знает своих детей, она всегда точно знала, как ударить без промаха. Я одним глотком допила остатки кофе и крикнула:

– Ника, тебе придется самой пойти в школу. Я заеду к бабушке с утра, вечером же спектакль!

– До автобуса довезешь?

– Ладно! – кивнула я и обреченно набрала номер. – Алло, мам? Это я.

– Надь, ты, что ль? С ума сошла, я всю ночь не спала, только под утро заснула, и вот! Теперь буду разбитая весь день, – молниеносно среагировала моя драгоценная мамуля.

– Прости. Я вечером не смогу к тебе заехать, – начала объясняться я.

– Конечно, я все понимаю. У тебя дела. Опять какие-нибудь мужики! А что мать больная тут без еды сидит – тебе все равно? И это называется – дочь.

– Мама!

– Что? У меня, между прочим, давление.

– Мама, ты меня не дослушала, – продолжила я, стараясь ее перекричать. – Я заеду к тебе перед работой.

Завезу лекарства, я их еще в субботу купила. Только мне надо будет сразу уйти. Ладно?

– Можно подумать, я тебя когда-нибудь держала! – фыркнула мать.

– Ну, конечно, нет, – кивнула я и вышла из квартиры, держа трубку ухом.

– Ты вечно норовишь сразу убежать, никогда с тобой даже чаю нельзя попить.

– Мам, не слопай меня всю сразу. Оставь хоть кусочек! – взмолилась я и запрыгнула к Нике в лифт. Там, слава всевышнему, телефон не ловит, так что наш бессмысленный диалог оборвался.

По уважительной причине, между прочим. Потому что прервать разговор с мамой можно только двумя способами – попасть вне зоны доступа сети или в ярости расколошматить телефон о ближайшую стену. Третьего не дано.

– Бабушка в ударе? – подняла бровь дочка.

– Не то слово, – задумчиво кивнула я.

Время стремительно сокращалось. Высадив Нику на остановке, я ускорилась, насколько только это было возможно в наших суровых московских реалиях. Хорошо еще, что я и жила, и работала в одном и том же округе – наш офис располагался на МКАДе, мамин дом недалеко от него на Северной Бутовской стороне.

Моя квартира располагалась в самой дальней части Южного Бутова. Как мы – коренные жители с Таганской – оказались в этих… м-м-м… дальних краях, если быть вежливой, – отдельная история. Впрочем, сейчас наше Бутово совсем не то, что было во времена нашего размена. Тогда это были одиноко торчащие в чистом поле новостройки без всяких признаков инфраструктуры.