Пепельный блондин

Но тот, видимо, не смотрел ни «Брат», ни «Брат-2», и «в чем сила», не знал. Положение спасла Алина:

– А что, покажи уж нам, Коля, чего у тебя тут по стенам-то развешано. Какие новые чудеса оружейной техники?

– Не новые, а как раз старинные. Я, Володь, очень оружием увлекаюсь. Понимаю, это не оригинально. Но ничего не могу с собой поделать. Между прочим, все мои ружья – в действующем состоянии.

– Действительно? – Владимир огляделся, и я прямо почувствовала некоторое беспокойство с его стороны. Вот она – нормальная реакция человека на наличие такого количества оружия в доме.

– О, не дергайся так. Ни один ствол не заряжен. Это же произведения искусства, а не техника. Идем. Я тебе покажу все. – И Коля увел Владимира за собой.

Я знала, что у меня есть как минимум полчаса, чтобы передохнуть. Каждый пистолет, висящий в доме, имеет свою историю и свой «цимес». «Барелла», пока еще висящий в гостиной, будет последней точкой их вояжа. К этому моменту Владимир будет знать об оружии больше, чем он когда-либо мечтал узнать.

Больше, чем хотел, на самом деле. Мой муж – самый настоящий оружейный маньяк. Если демонстрация пройдет успешно, то Владимиру не отвертеться от стрельбища. У мужа оно в собственности, там тренируют бодигардов и вооруженную охрану. И мужа хлебом не корми – дай пострелять на глазах восхищенных зрителей. Когда он ухаживал за мной, сто лет назад, мы потратили много часов и облазили все местные тиры и стрельбища.

– Это восхитительно! – Я услышала приглушенный баритон Владимира.

 – Вы настоящий эксперт в этой области. Вашу коллекцию можно выставлять в музеях.

– Да мы ж на «ты», Володь, – поправил его муж, заходя обратно в гостиную.

– Да, Коля. Извини.

– А это самое настоящее ружье Генриха Бареллы, восемнадцатый век!

– Да что вы… ты говоришь! Серьезно?

Владимир был настолько корректен, что хотелось его спасать. Что и сделала Алина.

– Что же ты, Коля, не показываешь постер своей жены. Между прочим, Владимир, наша Олечка – прекрасный фотограф.

– Я могу это подтвердить.

Исключительная работа, – тут же отреагировал Владимир, разглядывая моих синичек.

– Спасибо, конечно. Вы очень любезны, я понимаю. Но… Это просто птички. – Я почему-то смутилась.

Владимир – лицо ясное, взгляд ничем не замутнен – посмотрел мне в глаза и покачал головой:

– Вы себя недооцениваете.

– Да, Ольга, не кокетничай, – поддержала его Алина.

Я не выдержала взгляда и отвернулась. Мне захотелось почему-то, чтобы он уже ушел.