Виртуальные связи

А самой потихоньку расстегивать его рубашку. Но это, кажется, не может считаться достойным делом жизни. Жаль.

– Она там что-то тебе хотела отдать. Сказала, что хочет тебя навестить.

– Ужас-то какой. Только не говори, что у нее остались еще банки! – испугалась я.

Речь шла об очередной порции огурцов в уксусе, которые я ненавидела с детства. А мать консервировала и консервировала с упорством маньяка – огурцы, помидоры, лечо, синенькие, которые мне казались тухлыми, даже если были только с грядки, – они так противно расползались после термической обработки.

Еще мама героически варила варенья, хватаясь за поясницу и переводя целые тонны сахара. В ход шли колючий крыжовник, клубника, малина, смородина и, конечно же, черника, которую мы – в принудительном порядке – всеми семьями были обязаны собирать по окрестным дачным лесам. Лешка выл, отказывался, кричал, что не позволит убивать машину на этих убогих дорогах, – но ехал. Не мытьем, так катаньем. Вот только… прошлым летом. Я вдруг вспомнила, что никуда он со мной не ездил. Мы таскались на дачу с Олеськой и ее дочкой, я была за рулем. Странно.

Вот это – сто процентов – страннейшее изменение в его поведении. Мало того что он проигнорировал дачу. Он дал мне машину. Даже туда. Постоянно мне ее дает. Лишь бы отделаться от меня. Ну, не иначе он мне действительно изменяет. Что пишут форумы про мужчин, разлюбивших машину?

– Банки кончаются только к весне. Так что, – Янка продолжала с ноткой счастливого садиста в голосе, – если не заберешь сама, она поедет к тебе.

А ей тяжести таскать – сама понимаешь, нельзя.

– Я… я заеду. Завтра, – тут же сдалась я. Буду завтра сидеть за маминым столом, давиться смородиновым вареньем и уклоняться от вопросов о моей жизни. Высижу максимум часа три. Как раз до того момента, как мама перейдет к инструкциям. И она, и Яна обожают давать мне инструкции. Они даже говорят с одинаковыми интонациями – менторскими, строгими. Только вот говорят разное. Одна учит меня смирению и призывает не дурить, другая настоятельно требует, чтобы я изменила мужу.

Почему-то я слушаюсь вторую.

– Ну, как знаешь. Мне пора, звони. – Яна засуетилась, в голосе ее появилась досада. Будто я ее отрываю от дел своими разговорами.

– Вообще-то ты мне звонила. От работы меня оторвала, – едко уточнила я.

– Ты чего такая гадюка сегодня? Яду скопила? Девать его некуда?

– Как твой муж поживает?

– Нормально поживает, – нахмурилась Яна. – Работает.

– Разведись с ним.