Мечтать о такой, как ты

Снег скрипел под ногами, а мы пьяно толкались вокруг коробки с салютом, разбирая инструкцию.

– Написано, что не ближе тридцати метров от жилых строений.

– И хрен с ним! Разве это жилые строения? – Роза махнула в сторону моей хатки.

Я возмутилась:

– Ну и не барак.

– Тогда там, – она кивнула на елочку.

– Только не там. Не хватало еще, чтобы ты единственную живую елку спалила!

– Хорошо. Давай на соседнем участке, – хихикнула Маришка, и мы прошмыгнули к занесенному снегом огороду Матвеевых.

У них на участке почти все было отдано огороду, на котором они умудрялись выращивать картошку и прочие корнеплоды практически в промышленных масштабах.

С краю притулилась маленькая сараюшка, которая нас никак не смутила.

– Поджигай, что ждешь? – торопилась Роза.

– Не толкайся! Ай! Твою мать! – Дашка щелкала зажигалкой и материлась.

– Что такое?

– Зажигалкой пальцы обожгла!

– Дай сюда, криворукая ты моя. – Роза вырвала у нее «Крикет» и принялась возиться сама. Через минуту что-то такое зашипело.

– Ну что, горит?

– Не пойму. Просто шипит.

– Дай посмотрю! – влезла я.

– Вот не пойму, горим – не горим. – Мы сгрудились над тускло дымящимся шнуром.

– Вы че, дуры? – взвизгнула Маришка. – Оно щаз рванет, это ж этот… шнур.

– Сергей Шнур?! – хихикнула Лариса и вытерла мокрую ладонь о свое платье.

– Валим, бабы! – закричала Роза.

Я краем глаза заметила, как шнур загорелся наподобие палочки бенгальского огня, как мы попытались бежать, но споткнулись друг о друга и повалились на снег.

Мои плечи сотрясались от пьяного хохота. Кажется, с остальными происходило то же самое.

– Хватит ржать. Вставайте, идиотки! – шипела Дашка.

Лариса ползала по снегу на коленях, запутавшись в подоле.

– От идиотки слышу, – возразила Роза.

Мы попытались встать, но, как только я оказалась на ногах, громкий «бум» повалил меня обратно. Я же утянула за собой Розу.

Салют выпалил в небо свой первый залп из двенадцати. Я откинулась на снег и попыталась объять взглядом небо.

Оно было поистине прекрасным. Искры от рассыпавшегося по небу салюта ярко осветили все вокруг, разлетевшись разноцветными яркими цветами. Я открыла рот и смотрела, как настоящие звезды проступают сквозь гаснущие искусственные. В этот момент бабахнуло снова. И снова, и снова, и снова… Мы даже протрезвели от такой красоты.

– Е-мое! Твою… это…

Из наших открытых ртов вырывались только междометия и неприличные слова. Пик восторга.