Содержанки

А ты вообще сегодня свободен? Ты можешь со мной остаться? – всхлипнула я.

– О, Люльчик, я не знаю. Я вообще-то заехал переодеться. У меня встреча важная.

– Понятно… – обиженно протянула я и надула губы.

Не подумайте плохого, я вовсе не пыталась уговорить его остаться. Так уж устроены мужики. Если умолять их побыть еще хоть полчасика, они тут же убегают, ссылаясь на занятость. Но стоит вызвать у них подозрение, что они не очень-то и желанны, что без них, наоборот, будет хорошо – они останутся навеки, положат ноги на стол и будут портить нервы бесконечно.

– Что? Что тебе понятно? Я вообще-то деньги зарабатываю. Которые ты очень даже любишь тратить.

– Я все понимаю, – еще более холодно сказала я. – Конечно, тебе не до меня. Умирать буду – позвоню. Иди, ты свободен.

– Знаешь, с тобой тяжело.

– Естественно. Теперь я еще и толстая?! Я плохая, да?

– Я этого не говорил. Люль, может, тебе чего-то привезти? Я… мне нужно только часа три-четыре, и я вернусь. Кстати, врача-то вызвать?

– Не знаю.

Ничего я не хочу.

– Так, не капризничай. Сейчас тебе лучше? Ты давай, действительно, иди отдыхай. А я подумаю, где и как тебя лечить.

– Не надо. Не бери в голову, я сама… пойду к специалисту. В поликлинику по месту жительства, – патетично бросила я. Поза и выражение лица – мы гордые, мы «жена декабриста», нам от вас ничего не надо.

– Ага, конечно, – рассмеялся он. – Я так и вижу тебя в очереди. Да тебя старушки порвут на куски, как только увидят.

– А что во мне не так?

– Все в тебе не так, Люлька.

В таких тряпках, которые ты покупаешь, да с твоими ногами – тебя начинают ненавидеть, едва только ты заходишь в помещение.

– Ну спасибо. Я и подумать не могла, что я такая страшная, – надулась я.

– Страшная? – Его лицо исказила странная усмешка.

Он снова положил руку мне на коленку. Я сбросила его руку и отвернулась. Я вполне допускаю, что Свинтус на самом деле меня любит. Последний шанс – он трудный самый. Когда он думает, что я его не вижу, его глаза горят страшным огнем – ядерный реактор в живом мужчине средних лет.

В такие минуты мне становится жутко. Такая любовь, как у Свинтуса, вполне может закончиться для меня ледяной зимой. Если не быть осторожной, а я очень, очень осторожна. И все же у меня в шкафу его жена.

– Сегодня я уже не готова ни к какой медицине, – перевела я тему.

Свинтус встрепенулся и оживился.

– Так чего ты хочешь? Заказывай. Все привезу. Сегодня – можешь просить все, что угодно.