Я буду любить тебя вечно

– Павлова 39, – и взгляд такой лукавый, будто я должна знать, что это и где…

И ведь я узнала! Узнала сразу, как только оказалась дома и привела себя в порядок.

А сейчас, удивленно пялясь на своего новоиспеченного одноклассника с нереально красивыми глазами, еще больше уверяюсь, что дорога в психбольницу однозначно ему заказана. Уж я-то постараюсь довести его до белого каления, чтобы в следующий раз лучше думал, куда девушек отправлять.

Глава 5

Виктория

Покидая класс, я ни о чем лишнем не думаю.

По крайней мере, стараюсь, но куда там. Перед глазами то и дело мелькает он и его обворожительно опасная улыбка. А уши, словно локаторы, пытаются сквозь школьный шум в коридоре услышать его бархатный голос. Голос, от которого невольно замирает дыхание.

Весь урок я прокручивала в голове воспоминания о той встрече, что сбила меня с пути. Я не ожидала его когда-нибудь увидеть вновь и уж тем более не думала, что этот парень может быть моим одноклассником.

Он выглядит старше, хотя на второй год точно не оставался. Слишком умный, слишком хитрый.

Слишком опасный.

Для меня!

– Эй, вареник, – доносится за спиной бархатный голос с легкой хрипотцой, и мое тело тормозит прежде, чем я успеваю понять, что он обращается ко мне. И как? Он назвал меня вареником, а я все еще считаю его нормальным парнем? Упс, кажется, я слишком сильно поторопилась с выводами. Недоглядела, не смогла.

– Как ты меня назвал? – шепчу, резко развернувшись к нему лицом и упираясь пальцем в титановую грудную клетку, никак иначе.

Ну не может у нормального одиннадцатиклассника быть такое тело. Шикарное тело.

Черт, о чем я только думаю? Когда этот парень находится рядом со мной, мозги превращаются в сладкий кисель. А кисель я ненавижу с детского сада. И его должна ненавидеть. Все ведь очень просто: он, судя по его похотливому взгляду, что медленно скользит по мне и уделяет большое внимание груди и губам, настроен на совершенно другой лад.

Я уже за это должна его ненавидеть, а еще он относится ко мне как все – с ненавистью, что прячет на дне своих голубых глаз. Но почему я чувствую обратное? Почему сердце начинается биться о грудную клетку активнее, когда он рядом. В шаговой доступности.

– Вареник, – и снова это дурацкое прозвище, от которого учащается пульс. А еще я невольно замечаю, что из его уст даже обзывательство звучит слишком мило.