Я буду любить тебя вечно

– Мне на них плевать, – отвечаю безразлично, отворачиваясь к окну и пряча пунцовые щеки за распущенными волосами.

Ну вот почему, когда о нем говорят, я не могу реагировать спокойно? Почему мне становится больно, стоит услышать его имя?

– А вот ему, походу, нет. – Эти простые слова заставляют резко развернуться и чуть ли не взвыть в голос.

Юрка, откинувшись спиной на стул и забросив ноги на парту, не сводит с меня заинтересованного взгляда, а тот, из-за кого мое сердце забыло о спокойствии, обнимает главную змею класса и что-то, судя по ее довольному виду, ласково шепчет ей на ухо.

Сжав под партой кулаки и втянув в себя немного воздуха сквозь неплотно сжатые губы, прикрывая веки, снова отворачиваюсь к окну.

Ну за что мне это все? И почему именно сейчас, когда жизнь и так кажется паршивой?

Домой возвращаюсь в обед и получаю неожиданный сюрприз в виде папы. Сегодня он должен находиться в институте до позднего вечера. Насколько мне известно, у него вечерняя группа медиков-практикантов.

– Как хорошо, что ты пришла пораньше. Пошли обедать, разговор есть, – произносит отец довольным голосом, а мне уже становится в сто раз хуже.

– Что-то случилось? – захожу издалека, мысленно ища пути отступления.

– У меня для тебя есть отличная новость, – отец скрывается на кухне, оставляя меня одну в коридоре в полном замешательстве.

Какие у него могут быть новости? Он весь день проводит на работе и, кроме своих лекций и методичек, ничего не слышит и не видит. Неужели мама что-то хорошее натворила? Хотя вряд ли.

Кроме домашнего хозяйства, которое ей дается легко, она ничем не занимается. Да и вряд ли бы отец заметил изменения сам.

– Викуль, садись скорее за стол, – щебечет счастливо мама, когда я, переодевшись в синий спортивный костюм, нехотя захожу на кухню.

Ох, чует моя за… простите, одно место, что ничем хорошим дело не закончится.

– Да, конечно, – присаживаюсь, но не тороплюсь прикасаться к еде. Отчего мне кажется, что там яд? Не в еде, так в словах, что скажут родители, совершенно не думая о моих чувствах.

Они, как всегда, уверены, что поступают правильно. Ведь родители не могут желать ребенку плохого. Ага, конечно, не могут.

– В общем, я поговорил с ректором университета. Рассказал ему о тебе, о том, какая ты у нас хорошая, и тебя уже зачислили в университет, – поглощая любимые тефтели в сметанном соусе, сообщает ответ.

– В смысле, зачислили?

Либо я идиотка, либо не до конца понимаю его слова.